Страницы истории 1776 года

Из истории поволжских немцев.
Рудольф
Постоянный участник
Сообщения: 1056
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 18:25
Благодарил (а): 41 раз
Поблагодарили: 4239 раз

Страницы истории 1776 года

Сообщение Рудольф » 17 ноя 2011, 18:49

Этим сообщением я открываю страницу, где будет приводиться информация из протоколов Конторы опекунства иностранных о жизни колоний в 1776 году. Первоначальный текст будет обработан и будет более-менее читабелен по сравнению с первоисточником. Информация будет выставляться постепенно и не обязательно в хронологическом порядке.

Рудольф
Постоянный участник
Сообщения: 1056
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 18:25
Благодарил (а): 41 раз
Поблагодарили: 4239 раз

Re: Страницы истории 1776 года

Сообщение Рудольф » 17 янв 2012, 21:03

23 ноября

По сообщению генерал-поручика Михаила Львовича Измайлова, от крестьянина Семена Обухова поступили 1 рубль 20 копеек, в соответствии с заключенным с обществом колонии Крестовый Буерак контракта на передачу ему рыбных ловел (мест), принадлежащих этой колонии. Контора деньги приняла.
Но тут же, выступил член конторы надворный советник Рейс. Он потребовал не соглашаться с данным контрактом по следующим причинам: 1-е, контракт колонистами заключен был 19-го сентября, в то время, когда они не знали, что эти заводи на Волге им отведены. Об этом колонисты слышали только со слов воеводского товарища секунд-майора Фокина, вовремя описи по Волге рыбных мест. А соответствующие указы комиссарам были посланы после 23 сентября. Контракт был заключен без ведения комиссара. 2-е контракт заключен без согласия форштегера. Его силой заставили подписать пьяные колонисты. К тому же, комиссаром он не утвержден, хотя это одно из условий 5 отдела 23 пункта внутренней юрисдикции, которое предусматривает колонистам с россиянами и малороссиянами ни в какие обязательства без согласованиями с комиссарами не вступать под угрозой штрафа. 3-е контракт был подписан в состоянии глубокого опьянения почти всей колонии, доведенной до этого состояния Обуховым. Он обнадежил колонистов, что им нечего не угрожает. 4-е, форштегером Швабом цена за рыбные ловли была предложена большая, чем Обуховым. Поэтому, надо проводить торги, и, по большей цене, заключить контракт. 5-е, когда поручику Рейфшнейдеру Кантора поручила выяснить ситуацию, то пришли к комиссару главные предводители: Иоганнес Вейнбендер, Обухов и Адольф Миллер, хотя эти кандидатуры не были согласованы с форштегером на переговоры. 6-е, из всего это видимо, что контракт колонисты заключили самовольно, в нарушении инструкции. Райс предложил, чтобы избегать подобных случаев разгула и беспорядков, всем колонистам Крестового Буерака и других колоний строго запретить, под угрозой штрафа, самовольное заключение контрактов. После выступления Райса были высказаны возражения: на 1-й пункт, о владении рыбными ловлями было известно во всем государстве еще в 1775 году. Согласиться с рассуждениями Райса нельзя. 2-й пункт, нельзя согласиться, что вся колония на несколько недель погрузилась в пьянство. Согласие комиссара, на подобного рода контракты, не требуется. 3-й пункт, Канторе не известно, почему господину надворному советнику, занимающимся другими вопросами, все эти обстоятельства стали известны. 4-й пункт, о желании Шваба предложить более высокую цену, ни от комиссара, ни от его самого письменного заявления не поступало. 5-й пункт, нельзя понять, почему отдача в аренду рыбных ловель только этой колонии вызвало столько разговоров. 6-й пункт, из всего вышесказанного ясно, что контракт заключен без принуждения весьма обстоятельно. Если дело дошло до Канторы, которая имеет больше власти, чем комиссары, следует подчеркнуть, что задача комиссаров действовать по справедливости, без вмешательств в дела колоний, беспристрастно помогать колонистам, оберегая их от обманов и разорений, информируя обо все Кантору. А не так, как господином Рейфшнейдером было сейчас сделано, явно превышая свои полномочия.

25 ноября

Алаторская провинциальная канцелярия сообщает, что уволенной с паспортом в Казань иностранец Роберт Леруж для поиска работы учителем, принят в услужение алаторским помещиком отставным поручиком Пазухиным, с платою в год восемьдесят рублей. 4 рубля должны быть внесены в канцелярию в счет погашения казенного долга. Пазухин попросил, после внесения соответствующей отметки об оплате, паспорт Леружа, выданный Саратовской Канторой, вернуть ему снова. Но в том паспорте были обнаружены в трех местах исправления, будто Леруж отпущен для поиска учительского места. А по Указу от 5 мая 1757 г. иностранных учителей без экзамена и аттестатов никому не принимать. А по указу Канцелярии опекунства иностранных от 29 февраля 1776 г., отпущенных из канцелярии и канторы опекунства иностранных с паспортами иностранцев для услужения. Далее прописанных сроков никому не удерживать. Таким образом, Леруж отпущен для найма во услужение, а не учителем, а изменения в паспорте внесены без ведома Канторы. Поэтому паспорт Леружа Пазухину не отдан. В Саратовскую Кантору направляется запрос о наличии соответствующего к учительской должности аттестата у колониста Леружа. Кантора распорядилась подготовить запрашиваемый паспорт для проживания в Нижегородской губернии еще на один год в соответствии с Указом Ее императорского величия от 18 апреля 1775 года и выслать в Алаторскую провинциальную канцелярию и вручить под расписку Леружу. Взыскивать теперь с него не 4 рубля, а четвертую часть от получаемого жалования, так как казенных долгов у Леружа еще много. Канцелярии сообщить, что он был отпущен для поиска не учительского места, а работы по своему мастерству. В заявлении на получение паспорта Леруж написал, что хорошо владеет французским языком. Но в Саратове некому экзаменовать для исполнения требований Правительствующего Сената. Но в силу Высочайшего Указа от 18 апреля 1775 года и Манифеста 22 июля 1763 года Кантора стоит на защите интересов колонистов. А для возвращения казенных долгов колонистами стоит на защите государственного интереса.

Поручик Штихеус сообщает, что им отпущено кузнецу Мартину казенное железо восемь пудов за 4 рубля 50 копеек.

Алаторская провинциальная канцелярия сообщает, что уволенные из Саратовской Канторы с паспортами иностранцы колонии Орловской Готтлиб Леманн, Екатеринштата Иоганн Крети, Подстепной Андреас Федлер с женою Елизабетой и с малолетней дочерью Вильгельминой находятся во услужении у подполковника князь Ивана Иванова сына Бабичева и проживают в его селе Ерпелеве Алаторского уезда. В паспортах записано, что они поступили во услужение с таким обязательством, чтобы по прошествии обозначенного времени колонистов не задерживать. Их сроки истекают у первых двух 11 марта 1777 г., а у третьего 3 декабря 1776 г. Кантора направила указ в Алаторскую провинциальную канцелярию, в котором потребовала колонистов Готтлиба Леманна и Иоганна Крети никуда не отпускать, даже если они на этом будут настаивать. Если Бабичев далее их содержать не пожелает, то должен за свой чет доставить колонистов в Кантору.
Польский подполковник Гогель сообщает, что колонисты его округа для рыбной ловли имеют только невода и за неимением других снастей нанимают русских крестьян, а улов делят пополам.

Общество колонии Норка просит оставить пастора Гервиха при колонии, и разрешить ему ездить два раза в год в колонию Катариненштадт для исповедания и приобщения к святым таинствам тамошних поселян. Кантора дала согласие.

Общество колонии Тонкошуровки, по согласованию с поручика Вейцем, просит разрешить способному к хлебопашеству колонисту Георг Гергаузеру и женатому его сыну Иозефу взять по описи и оценке хозяйство колониста Адам Брейта, уведенного киргиз-кайсаками. Кантора разрешила сыну колониста Гергаузера Иозефу в домоводство колониста Брейта вступить. Но так как Иозеф не все казенные долги Брейта на свой счет берет, а вместо того, желает до его возвращения из киргис-кайсакского плену, жену его с сыном иметь в хозяйстве на своем содержании. Значит, часть долгов должна остаться на Брейте и его сыне.

Форштегер колонии Гололобовка Петер Рейнгардт просит о разрешении колонисту Иоганну Линду, старшему пасынку Иоганнеса Штрауха, на дочери Адам Диттера Марии Христине женится. Кантора разрешила.

Форштегер колонии Сосновка Иоганн Карл, по согласованию с поручиком Ивановым, просит разрешить холостому колонисту Мартину Зиннеру на падчерице Николауса Бера из колонии Савастьяновка Сузанне Шадт жениться. Кантора разрешила Зиннеру, при взятии соответствующих обязательств на девке Сузанне Шадт жениться и выдало им повенечное письмо.

Форштегер колонии Сплавнуха Конрад Меркель, по согласованию с поручиком Ивановым, просит, 1-е, разрешить колониста Дитриха Вилгельма сыну Иоганнесу, на сиротке девке Марии Эйзенгут жениться. 2-е, разрешить вдовцу, Иоганну Адаму Циттеркопфу, на вдове Анне Елизабете Шнейдер жениться и вступить в оставшиеся после ее мужа хозяйство. 3-е, разрешить колониста Конрад Шлегеля сыну Иоганнесу на уволенной из колонии Норка сироте Катерине Мейер жениться. 4-е, разрешить колониста Людвига Михеля сыну Иоганну Адаму на уволенной из колонии Олешня Георга Гетцеля дочери Анне Марии жениться. Кантора согласие дала.

Форштегер колонии Норка Фридрих Книппель просит 1-е, разрешения колониста Иоганнеса Шпади сыну Иоганнесу на дочери колониста Фукса Анне Марии жениться. 2-е, разрешения колонисту Иоганнесу Шмиту на дочери колониста Эрнста Бурбаха Вильгельмине жениться. 3-е, разрешения колониста Шпади сыну Иоганнесу на дочери колониста Мартина Беккера Гертруде жениться. Кантора согласие дала.

Колонист Ковач из Теляузы просит о возвращении ему оставшегося после его ухода с известною толпою [восставшими под руководством Пугачева] имущества. Кантора послала указ секунд-майору Пилю, чтобы он выяснил состояние имущества Ковача. Если что и пропало, установить виновников пропажи. Если выяснится, кто его взял без разрешения, оштрафовать в двойном размере. Две его лошади, что есть в реестре, находятся в колонии Вольской у форштегера. Кантора распорядилась о выдаче Ковачу билета на проживание в Саратове, а комиссару Пилю вернуть ему двух сыновей Иоганна Фридриха и Иоганна Вильгельма, проживающих в Теляузе. Одного из сыновей он желает отдать для обучения мастерству. Если общество пожелает его сыновей оставить в колонии, то пояснить, что долги Ковача оно должно взять на себя.

26 ноября

Форштегер колонии Севостьяновка Андреас Вессесер, по согласованию с поручиком Ивановым, просит 1-е разрешения сыну колониста Георга Эйхнера Андреасу на сироте из колонии Норка девке Марии Катерине Гирхенгейм женится, а после женитьбы продолжать хозяйство при отце в колонии Севостьяновка. 2-е, разрешение холостому колонисту Иоганну Адаму Кунцману на дочери колониста Георг Миллера Елизабете жениться и быть при хозяйстве будущего тестя. Контора согласие дала.

Форштегер колонии Липов Кут, по согласованию с секунд-майором Пилем, просит разрешения Готтлибу Рихтеру на вдове Софьи Елены Бухмейер жениться со взятием на себя ее долгов. Кантора разрешение дала.

Рудольф
Постоянный участник
Сообщения: 1056
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 18:25
Благодарил (а): 41 раз
Поблагодарили: 4239 раз

Re: Страницы истории 1776 года

Сообщение Рудольф » 18 янв 2012, 10:40

1 декабря

Канцелярия опекунства иностранных в Петербурге запрашивает информацию: сколько пудов и каких сортов имеется у колонистов табака урожая этого и прошлого годов, какое количество можно закупить и по каким ценам. А так же просит прислать с курьером образцы выращенного табака различных сортов. Кантора приказала: 1-е, всем на¬ходящимся при колониях в должности окружных комиссарам, штаб и обер-офицерам послать сегодня же без малейшего промедления с нарочными казаками указы. В коих прописать следующее: до каждого поселенца довести и растолковать, какая им будет польза от разведения табака в большом количестве. Для реализации не надо будет ездить по разным городам, а поставлять его могут в Саратов и получить надлежащую оплату. По Высочайшему Ее императорскому величеству конфирмации, на закупку табака разрешено ежегодно затратить от 10 до 15 тысяч рублей. Колонисты на разведении табака могут со временем хорошо обогатиться и привести свои хозяйства в цветущее состояние. Кантора, так и сама Канцелярия будет этому только способствовать.
2-е, Велеть каждому комиссару, немедленно, с тем же казаком, который им указ вручит, Канторе прислать информацию о количестве собранного в этом году табака, его урожайность, сколько осталось от прошлых лет. Какие семена каких сортов колонисты используют: виргинского, сендоминского, гаванского или амерсфордского и какой сорт в их округе дает наилучший урожай и хорошее качество. Есть ли из вышеупомянутых сортов те, либо вовсе не родятся или дают плохой урожай. Сколько пуд каждого сорта можно выставить на продажу.
3-е, Как известно в Канторе, в колониях округов польского подполковника Гогеля и поручика Иванова производится наибольший посев табака и этот табак лучшего качества. Велеть обоим комиссарам прислать пробы каждого сорта табака для отправки в Канцелярию опекунства иностранных по три сорта: лучшего, среднего и худшего качества из сбора этого года. Уложить в соответствии с требованиями Канцелярии: половину в боченках, а другую, в свертках с повеленной обшивкой и оберткой. Уложить в подушках и перевязывать не лычками, а табачными стеблями, привязав к каждому ярлык, с указанием сорта, года сбора и из какой колонии. Гогелю, Иванову, так и прочим комиссарам прислать сообщение за какую цену поселенцы готовы поставлять в Саратов табак разных сортов.

Информация от господина надворного советника Тихменева, который сообщает, что иностранецу Готтлибу Глазеру, уволенному из Канторы в Петербург( которой по недостатку своему оставался в Москве) для проезда до Петербурга 11 ноября дан паспорт. Он по приездe явился в Канцелярию и требовал нового паспорта для проживания. Кантора в ведомости уволенных колонистов против имени Глазера сделала отметку, что он отъехал в Петербург и туда уже прибыл.

3 декабря

Управляющий вотчиной двора Ее Императорского Величества камер-юнкера Загряжскова, расположенной в Шацком уезде Залежского стана, фон Фрейвальд просит выдать на один год паспорта колонисту Макаровки Эрнсту Бекманну и малолетной девке Анне Елизабете Шерманн из Норки для проживания в имении. Фрейвальд обязуется платить за Бекманна по три рубля, а за Шерманн - по два рубля. После выяснения о наличии этих людей в списке неспособных к хлебопашеству, паспорта Кантора выдала.

Поручик Иванов, в соответствии с Канторским указом, представил списки из Севастьяновки сколько каждый колонист каких сортов табака имеет для продажи и по какой цене за пуд может направить в Саратов. Образцы присланы. Кантора распорядилась принять образцы на хранение, а после поступления сведений от других комиссаров с курьером отправить в Петербург.

Общество колонии Побочная просит разрешения сыну колониста Гергарта Вагнера, Иоганнесу Конраду на падчерице колониста Флейшера из Луговой Грязнухи Елизабете Вебер жениться, а после женитьбы остаться в хозяйстве отца. Кантора согласие дала.

5 декабря

Найденное в колонии Водяной Буерак у колониста Гюнтера «одна осьмая с половинную» простого вина, изъята. Соответствующий рапорт в Кантору представлен.

Общество колонии Катариненштадта просит разрешения холостому Карлу Келлеру на падчерице Рейхельта Кристине Вогау жениться. Кантора согласие дала.

Форштегер Лесного Карамыша Гримм, по согласованию с поручиком Ивановым, просит, 1-е, разрешения младшему сыну колониста Руша Аугусту на падчерице Иоганнеса Буша Еве Катарине Кайзер жениться и принять на свой счет хозяйство и казенные долги вдовы Гельм. 2-е, разрешения Иоганну Дитриху Рамиху на Марии Магдалене Циммерманн из колонии Ключи жениться и остаться при хозяйстве отца. Кантора согласие дала.

Иоганн Георг Эрнст просит разрешения жениться на вдове Гельм из Лесного Карамыша и жить в колонии Ключи, где он построил мельницу и с обществом контракт заключил. Сыну брата вдовы Гельм Аугусту вступит в хозяйство вдовы, и жениться на девке Еве Катарине Кайзер.

7 декабря

По информации подполковника Гогеля и капитана Вильгельми, в соответствии с указом Канторы колонисты овины построить согласны, на первой случай, хотя для шести семей по одному, к чему начали вести подготовку. Но строевого леса не имеют, а покупать не хватает средств. Но в колониях есть обветшалые пустые дома и пристройки. Колонисты просят использовать их на постройку овинов. Кантора разрешила.

Форштегер колонии Ягодная Поляна Дизинг просит разрешения одному сыну колониста Шухарта на девке Шмидт, а другому сыну на девке Вильгельмине Дейманн жениться. Кантора согласилась.

Колонист Иоганн Готтфрид Кин из Цюриха просит разрешения взять в свое хозяйство холостого Миллера и Миллеру на девке Генриетте Манн жениться. Кантора разрешила, взяв с Миллера обязательство, что после смерти Кина состоящие на нем казенные долги он примет на свой счет.

8 декабря

Секунд-майор Козловский сообщает, 1-е, что бежавший из колонии Медведицкий Крестовый Буерак неспособной к хлебопашеству колонист Людвиг Крафт с женой 24 ноября к нему явился и дал показания, где находился во время отлучки. Контора приказала окружным комиссарам, вместе с форштегерами и бейзицерами строго следить, чтобы колонисты без разрешения из колонии в колонию не переходили и никуда не отлучались под угрозой штрафов и наказаний. 2-е, что оставшаяся после умершего пастора Гейцига вдова Иоганна Фридерика обещает платить по одному рублю в год в счет погашения казенного долга. 3-е, колонист Аугуст Дитрих из Медведицкого Крестового Буерака показан как неспособный к хлебопашеству и обязался платить ежегодно по 2 рубля в счет погашения казенного долга. При ревизии 1775 года он был пропущен. Кантора распорядилась включить Дитриха в ведомость.

9 декабря

Подпоручик Зверев из Саратовской воеводской канцелярии прислал заявление, что украденные у саратовского бобыля Петра Рязанова две лошади с жеребятами обнаружены в колонии Норка. Контора приказала поручику Иванову изучить ситуацию, и если подтвердиться опознание своих лошадей Рязановым, ему вернуть и доложить о результатах в Кантору.

Второй гильдии саратовский купец Петр Шехватов просит отдать ему шелковичные плантации иностранца Вердие с принадлежащими к ним угодьями. Кантора данное предложения приняла к рассмотрению.

Аватара пользователя
lenchen
Постоянный участник
Сообщения: 212
Зарегистрирован: 24 авг 2011, 13:11
Благодарил (а): 485 раз
Поблагодарили: 206 раз

Re: Страницы истории 1776 года

Сообщение lenchen » 18 янв 2012, 22:12

Вот и я думала, куда же исчез мой "вроде бы предок" И вот здесь и узнала, что его угнали "киргизы" в плен. Спасибо.

Рудольф
Постоянный участник
Сообщения: 1056
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 18:25
Благодарил (а): 41 раз
Поблагодарили: 4239 раз

Re: Страницы истории 1776 года

Сообщение Рудольф » 29 янв 2012, 14:13

10 декабря

По рапорту капитана Вильгельми и порутчика Шенне, из которых первый представляет, что в колонии Панинской у колониста Берент Эферса? имеется до ста тридцати пудов табака, который предлагает за этот табак с поставкою в Саратов брать по одному рублю за пуд. А Шенне представил списки, сколько в его округе иностранцы табака имеют. Приказали внести эту информацию, в подготовленную к отправке в Канцелярию опекунства иностранных ведомость, а просьбу капитана Вильгельми оставить в Канторе.

Форштегер колонии Тарлык, по согласованию с поручиком Манжиным, просит разрешения колонисту Германну на дочери колониста Маттиаса Франца Катарине Елизабете жениться. Кантора согласие дала.

Форштегер Гутманн из колонии Медведицкий Крестовый Буерак, по согласованию с секунд майором Козловским, просит: 1-е, разрешить сыну колониста Пфейфа Иоганну Георгу на дочери колониста Бауера Софии жениться и быть при домоводстве своего отца. Кантора дала согласие и послала секунд майору Козловскому указ, чтобы он уговорил колониста Бауера женить своего сына. Чтобы вместо дочери, которую выдает замуж, смог в домоводство взять новую работницу. 2-е, разрешить сыну вдовы Гертруды Леонгардт Иоганну Генриху на дочери колониста Якоб Бетца Анне Кристине жениться и перейти в дом к тестю. Кантора согласие дала.

Форштегер колонии Лесной Карамыш Гримм, по согласованию с поручиком Ивановым, просит разрешения сыну колониста Шефера Иоганну Даниелю на дочери колониста Штребе Анне Марии жениться и перейти в дом тестя своего, а после его смерти, как хозяйство, так и казенные долги принять на свой счет. Кантора согласие дала.

Форштегер колонии Ключи Гис, по согласованию с поручиком Ивановым, просит разрешить сыну колониста Эбергардта Георгу на дочери колониста Георга Клемма из колонии Поповка Анне Марии жениться. Кантора дала согласие.

Форштегер колонии Казицкая Шмидт, по согласованию с поручиком Манжиным, просит разрешить сыну колониста Керна Иоганнесу на падчерице колониста Метца Барбаре Кибисен? жениться. Кантора согласие дала.

Форштегер колонии Привальной Фогт, по согласованию с поручиком Манжиным, просит разрешить пасынку колониста Миллера Иоганну Кристофу Гроссманну на вдове умершего колониста Кристофа Гейберта Марии Генриетте с принятием ее домоводства и, состоящих на
ней и умершем ее муже казенных долгов на свой счет, жениться. Кантора согласие дала.

Форштегер колонии Побочная Петер Вильгельм сообщает, что земля в его колонии плодовита и разные сорта табака всходят, но из-за заморозков в мае и сентябре, посаженный табак не успел созреть. Эту информацию Кантора отправила в Петербург.

Форштегер колонии Ягодная Поляна Дизинг 1-е, сообщает, что в его колонии земля плодовита и табак хорошо всходит, но из-за частых заморозков не успевает созреть. Эту информацию Кантора отправила в Петербург. 2-е, просит разрешить холостому колонисту Геронимусу Бауманну на девке Маргарете жениться. Кантора согласие дала.

Иоганн Штер(Шпери)? из колонии Катариненштат просит выдать паспорт на выезд в Новгород, где он поступит в услужение к надворному советнику Новосельцеву. Приложено письмо от польского полковника Гогеля, что он готов взять казенный дом и оплатить казенный долг 29 руб. 40 коп.и обязывается заплатить в два срока из своего жалования. Кантора Штеру и его сестре паспорта выдала, а казенный долг вычетать у польского полковника Гогеля.

12 декабря

Секунд майора Козловский сообщает, что жители колонии Линево Озеро желают продать табак в Саратов. Образцы товара представлены.

Поручик Иванов сообщает, что Саратовской канцелярии воеводскому майор Фокину представил свидетельства и описи, лежащих по Волге и другим речкам колонистских дач, где лов рыбы колонистами может производиться.

13 декабря

Поручик Рейфшнейдер сообщает, что в соответствии с канторским приказом привести в Саратов колониста Водяного Буерака Бартоломеуса Гинтера невозможно, так как он лежит при смерти. Приказали все вопросы к данному колонисту отослать Рейфшнейдеру, чтобы он взял разъяснения на месте и представил в Кантору.

14 декабря

Оренбургская губернская канцелярия в ответ на запрос Канторы сообщает, что отпущенные в Оренбург колонисты прибыли. Из колонии Катериненштат Конрад Фридрих Вестманн с женою Иоганной Доротеей, Конрад Келлер с женою Маргаретой, Иозеф Шарль с женою Иоганной Элизабетой; из колонии Старица Иоганн Август Горнус. Из колони Россоши Жан Ферран с женою Анной Марией, которой был отпущен в город Казань для поиска работы учителем французского языка или поступления во услужение. Но не найдя там себе работы, с выданным ему в Казанской губернской канцелярии паспортом, приехал в Оренбург. Иностранцы в губернской канцелярии объявили, что пропитание имеют от работы в услужении, а именно: Вестманн, у проживающего в Оренбурге иранского купца Александра Голенищева, с получением по 60 руб. в год, Конрад Келлер работает в городе портным. Иозеф Шарль у обер коменданта Оренбурга господина генерал-майора Вальмейстера с получением 24 руб. в год. Иоганн Август Горнус у того же купца Голенищева с получением 24 руб. в год, а Жан Феррант у господина статского советника Рычкова с получением 36 руб. в год. Оплату в счет погашения казенного долга все заплатили, а именно: Конрад Фридрих Вестманн - 10, Конрад Келлер - 8, Иозеф Шарль четвертую часть полученного дохода - 6, Иоганн Август Горнус - 5, а Жан Ферранд - 6, итого 35 рублей, которые в приход 11 ноября записаны. У Конрада Фридриха Вестманна и Конрада Келлера 3 ноября, а у Жана Ферранд 23 октября истек срок действия паспортов. Колонисты просят выдать новые паспорта для проживания в Оренбурге. Оренбургская губернская канцелярия просит удовлетворить просьбы колонистов и прислать новые паспорта.
Отпущенные колонисты Катариненштата Карл Готтфрид Эрфурт с женой Софией Элеонорой, Маттиас Гейера с женой Якобиной и сыном Цезарем, в Оренбург не прибыли. Конрад Фридрих Вестманн сообщил, что они находятся в Казани. Они были определены обществом к хлебопашеству неспособными и были отпущены, кроме Жана Ферранда, в Оренбург с годовыми паспортами. От Ферранда получено по почте письмо, где он сообщает, что находится при доме господина статского советника Рычкова учителем для его детей, получая по три рубля в месяц. Просит прислать новый годовой паспорт через Оренбургскую губернскую канцелярию.
В счет уплаты долгов колонисты обязуются вносить ежегодно: Вестманн десять, Жан Ферран шесть, Горнус пять рублей, а Иозеф Шарль из получаемого им доходу вносил ежегодно четвертую часть. Кантора распорядилась новые паспорта в оренбургскую губернскую канцелярию отправить, а старые паспорта забрать.

От Санкт-Петербургского драгунского полка пришло сообщение, что девка Анна Катарина Бирш из колонии Хайсоль найдена и для отдачи будущему тестю в колонию Тоношуровку к поручику Вейцу отослана, взятая в приеме ее расписка приложена. Так же сообщили, что эта девка насильно поручиком не была увезена, а уехала с драгуном по своему желанию, за что и была нещадно наказана палками.

Подполковник Гогель сообщает, что реформатское общество колонии Катариненштат берет на свой счет четыре дома той цене, во что они казне обошлись. Прислано взятое от общества письменное обязательство.
Кантора послала Гогелю указ и велела находящиеся в колонии Катариненштадт четыре пустых дома, принадлежащих ранее колонистам Иозефу Карлу(Шарлю), Фридриху Гольцфогту, Иоганну Шульгейсу и Кристьяну Миллеру, отдать реформатскому обществу на перестройку для церкви и пасторского дома.

Девка Анна Штаудеккер из колонии Подстепной просит выдать ей на один год паспорт для жительства в городе Астрахани. Кантора согласие дала, выяснив при этом размер казенного долга.

Форштегер колонии Скатовка Гартвиг, по согласованию с поручиком Манжиным, просит разрешить сироте Иоганну Тобиасу Вольманну, живущему у колониста Иоганна Георг Бехта на дочери колониста Зеллера из колонии Тарлык Юстине Барбаре жениться, а после женитьбы остаться в домоводстве своего воспитателя помощником. Кантора разрешила при условии взятия на себя всех долгов свой невесты, а после смерти Бехта и его долгов.

Иоганнес Герлингер из колонии Орловская просит разрешения жениться на дочери колониста Николаус Дитца Сибилле и быть в домоводстве тестя помощником. Кантора согласие дала но послала подполковнику Гогелю указ, что если они своего намерения еще не оставили, то Герлингер должен взять на себя все долги невесты и будущего тестя после его смерти.

Иоганн Филипп Асмус из Катериненштата просит разрешение на дочери Конрада Гетте из колонии Кано Марии Маргарите жениться. Кантора согласие дала.
Иоганнес Вазем из колонии Цюриха просит разрешения переехать в пустующий дом, а от отца все необходимое для ведения самостоятельного хозяйства получит. Капитану Вильгельми Кантора поручила уговорить Иоганнеса Вазема и его отца не совершать раздел хозяйства, по крайней мере, хотя до тех пор, пока другой его брат не женится. За разделом семейства последует уменьшение работников и оба хозяйства могут прийти в упадок. Если Вильгельми посчитает, что такой угрозы нет, то раздел можно разрешить. А с Вазема взять обязательства о выплате за этот дом.
Вильгельми, так и всем другим комиссарам, предписать к подобному роду обращений подходить с большой осторожностью, чтобы не навредить развитию хозяйств.

Конрад Брегенцер из колонии Цюрих просит разрешения жениться на дочери колониста Циммерманна из Кано Анне Марии. Кантора согласие дала.

Дополнительная информация подканцеляриста Канторы Шефера об убийстве Каспаром Аренсом из колонии Степной своей жены. Называемый себя лекарем колонист Шпан показал, что после нанесения жене раны на голове, она умерла через одиннадцать дней, да и до этого всегда была больна. Кантора поручила поручику Манжину собрать всех колонистов Степной и спросить их под присягой, сколько дней после побоев жена Аренса была жива и были ли заметны какие-либо признаки помешательства ума и бреда. Была ли она до побоев здорова или постоянно болела, и с ней случались припадки. Все то, что покажут колонисты, представить в Кантору.

Секунд майор Пиль сообщает о принесенной ему от форштегера Уст-Карамана Пельсинга словесной жалобы на проживающего около колонии Красный Яр на хуторе священника Покровской малороссийской слободы Василия Иванова, беглого помещичьего крестьянина, который отнял лошадь с упряжью у находящего у Пельзинга в работниках малороссиянина Марка Ильина. Форштегер послал для задержания беглого крестьянина фузелера и казака. Крестьянина задержали и выяснили, что зовут его Прокофием Осиповым Пензенского уезду села Спасского, Кофтырева тож, крепостной крестьянин помещика лейб-гвардии Александра Дмитриева сына Кофтырева. Ему был дан из Пензенской провинциальной канцелярии во 1775 году печатный паспорт сроком на один год, срок которого уже истек. А паспорт находится у священника Иванова. При Осипове находится его малолетний сын Никита. Что касается лошади, то она действительно было отнята, но, как говорил Осипов, по приказанию упомянутого священника Иванова. В здешних колониях часто происходят кражи лошадей сомнительными личностями, типа Осипова. Для того, чтобы Осипов больше не мог в здешних местах шататься, прислали его с сыном в Кантору, для дальнейшей отсылки в места постоянного проживания. Кантора отослала под караулом беглого крестьянина Осипова вместе с сыном в Саратовскую воеводскую канцелярию для расследования кражи лошади с упряжью у малороссиянина Ильина. После расследования предлагает виновным поступить по закону, а «обиженному доставить удовольствие». Атаману Покровской Малороссийской слободы указать, чтобы он обращал постоянное внимание на удаленные от слободы хутора, а малороссияне беглых и беспаспортных людей у себя не держали под угрозой неизбежного штрафа.

Церковные старосты Катариненштадта Кристоф Кальтнер и Иоганнес Рихтер, с согласия всего римско-католического общества, сообщают, что молитвенной дом стал мал. Большая часть народа во время службы вынуждены стоять на дворе. Просят разрешения два пустых дома занять. Кантора велела подполковнику Гогелю объявить обществу, что если они согласятся упомянутые два пустых дома принять на свой счет, по той цене, которой они обошлись казне, то такое разрешение будет дано, уточнив, кому эти дома ранее принадлежали.

Наталия
Постоянный участник
Сообщения: 6084
Зарегистрирован: 07 янв 2011, 21:55
Благодарил (а): 10161 раз
Поблагодарили: 23255 раз

Re: Страницы истории 1776 года

Сообщение Наталия » 05 фев 2012, 21:35

Рудольф писал(а):Форштегер колонии Сосновка Иоганн Карл, по согласованию с поручиком Ивановым, просит разрешить холостому колонисту Мартину Зиннеру на падчерице Николауса Бера из колонии Савастьяновка Сузанне Шадт жениться. Кантора разрешила Зиннеру, при взятии соответствующих обязательств на девке Сузанне Шадт жениться и выдало им повенечное письмо.


Ну, никак я не могла письменно не отреагировать на это сообщение среди множества других.
Дело в том, что Сузанна Шадт и Мартин Зиннер - мои прародители. И никогда бы я не узнала её матери и отчима из колонии Антон(Севастьяновка), если бы не это сообщение. Ведь в переписи1767 года по Антону не указывается фамилия подчерицы Бера - Шадт. Спасибо огромное Плеве Игорю Рудольфовичу за открытую тему и такие важные для нас и значимые сообщения. И в плане генеалогии, и в плане истории.
Интересуют:
- Schmidt aus Susannental, Basel
- Oppermann(Obermann), Knippel aus Brockhausen, Sichelberg
- Sinner aus Schilling,Basel
- Ludwig aus Boregard
- Weinberg aus Bettinger
- Schadt aus Schilling
- Krümmel aus Kano,Basel,Zürich
- Hahn aus Glarus

Рудольф
Постоянный участник
Сообщения: 1056
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 18:25
Благодарил (а): 41 раз
Поблагодарили: 4239 раз

Re: Страницы истории 1776 года

Сообщение Рудольф » 12 фев 2012, 14:14

16 декабря

Форштегер колонии Вольская Абрахаам Гуккес[Куккус], по согласованию с поручиком Манжиным, просит разрешить колонисту Генриху Бауму (которого колонист Конрад Гауль принял к себе в дом вместо сына и утвердил наследником) на его дочери жениться. Кантора разрешила и дала повенчанное письмо при условии, что Баум берет на себя обязательство платить казенные долги, состоящие на невесте, а после смерти колониста Гауля, и на нем. Сверх того обеспечить, в случае слабости, Гауля и его жены, достойное содержание до их смерти.

Юстус Лотц из Катариненштата просит разрешения на выезд на два месяца в Казань вместе Генрихом Золтнером по торговым делам. Кантора разрешила и выдала паспорта.
Из этой же колонии Иоганн Андреас Миллера просит разрешения на выезд по торговым делам на 3 месяца в Москву. Кантора разрешила.

Форштегер колонии Старицы Готтлиб Гор, по согласованию с майором Пилем, просит разрешения Иоганну Адаму на девке Штегервальд жениться. Кантора разрешение дала.

Шульц колонии Цюрих Иоганн Готтфрид Кин, по согласованию с капитаном Вильгельми, просит разрешить вдовцу Германну Гебелю на вдове Еве Елизабете Юнг жениться. С учетом того, что колония состоит в круговом поручительстве и чтобы домоводство не пришло в упадок, Кантора разрешила брак при взятии Гебелем соответствующих обязательств.

Форштегер колонии Сосновка Иоганн Карл Кох, просит разрешить колонисту Таловки Фридриху Бейлю на дочери колониста Сосновки Генриха Кина девке Катерине жениться. Кантора согласие дала при взятии Бейлем необходимых обязательств.

Форштегер колонии Верхняя Кулалинка Иоганн Буксбаум, просит разрешить колонисту Иоганну Антону Фоглеру на дочери колониста Кристофа Шмизе девке Анне Катерине жениться. Кантора согласие дала при взятии Фоглером необходимых обязательств.

Форштегер колонии Линево Озеро Маттиас Друфельд, просит разрешить вдовцу Фридриху Штиглетцу из колонии Сосновки на оставшейся после умершего колониста Конрад Грейса вдове Анне Катерине жениться. Кантора согласие дала.

Форштегер колонии Сплавнуха Конрад Меркель, по согласованию с поручиком Ивановым, просит разрешить колонисту Даниелю Болю на оставшейся после умершего колониста Бернгарда Штруппа дочери Анне Барбаре, со вступлением в домоводство Штруппа, жениться. Контора разрешила, взяв с Боля, обязательство, что он свою будущую тещу должен содержать «порядочно и в воспитании ее детей прилагать старание».

Форштегер колонии Ягодная Поляна Филипп Дизинга сообщает, что пойманный в колонии петровский крестьянин Самуил Коновалов добровольно признался, что украл у Иоганна Конрада Герлица гнедого мерина, грива на правой стороне, пяти лет, и гнедую кобылу, грива на левой стороне. А у Иогана Генриха Крафта две недели назад вороную кобылу с гнедым жеребцом, трех с половиною лет. В ходе допроса крестьянин признался что две недели назад бежал из города, чтобы не попасть в рекруты в село Иткару, где и скрывался трое суток в доме у пахотного солдата Петра Зимнухина. Потом вместе с Зимнухиным и пахотным солдатом города Петровска Лаврентием Пришвиным поехали ночью в деревню Мордовскую, где напившись пьяными, решили втроем в колонию Ягодную Поляну для кражи лошадей. Ночью укали из двух домов колонистов трех лошадей, с которыми возвратились Иткару. Коновалов пробыл еще двое суток, получив от Зимнухина восемь рублей, возвратился в Петровск в дом своего отца. Уже на отцовской лошади поехал в Ягодную Поляну, чтобы укрыться от рекрутского набора. Но колонисты по некоторым приметам узнали вора и под угрозой физической расправы потребовали признаний. Он признался, что не сам крал, а действовал по принуждению. Кантора приказала оправить Самуила Коновалова в Саратовскую воеводскую канцелярию для скорейшей пересылки его в Петровск. В Петровскую воеводскую канцелярию послать указ, с приложением копии допроса Коновалова, а разыскав пахотных солдат Пришвина и Зимнухина, на основе показаний Коновалова наистрожайше допросить. Украденных у колонистов трех лошадей (как из допроса Коновалова следует, что они остались у пахотного солдата Зимнухина) у них отобрать и вернуть форштегеру Дизингу.

17 декабря

Форштегер колонии Сплавнуха Меркель, по согласованию с поручиком Ивановым, просит разрешить 1-е, холостому колонисту Иоганес Вейсгербергу на дочери колониста Гердта Анне Елизабете жениться и быть при хозяйстве тестя своего помощником. Кантора разрешила.
2-е, сыну колониста Бауманна Иоганну Филиппу на дочери колониста Шнейдера Анне Елизабете жениться и остаться при хозяйстве своего отца своего. Кантора разрешила при взятии надлежащих обязательств.
3-е, сыну колониста Петер Шлейха Иоганну Каспару на дочери колониста Эйлера Ангелине, жениться. Кантора разрешение дала.

Неспособный к хлебопашеству колонист Крутояровки Николаус Бейль, просит разрешения жить в округе польского подполковника Гогеля, где намерен заниматься изготовлением корзин. Кантора разрешила Бейлю жить заниматься своим ремеслом округе Гогеля и выдала билет. Поверенному вызывателя Леруа Вейцу сообщить об этом решении и чтобы он с Бейля в счет уплаты казенных долгов в соответствии с договором взыскивал деньги и отправлял в Кантору. При этом выяснить, сможет ли этот колонист по своей работе платить в казну и больше обещанного.

Юстус Лотц и Петер Вагнер из Катариненштадта, сообщают, что им надо ехать в Симбирск для продажи оставшегося табака, умершего Фридриха Вебера, который им был завещан. Соответствующее завещание было представлено. Кантора паспорта выдала.

19 декабря

Поручик Иванов сообщает, что посланный на немецком языке указ Канторы строить о строительстве овинов, всем объявлен. Но все общества заявляют, что на строительство нет леса. Только в Сосновке приняли решение летом построить овины.

Комиссар Иванов сообщает, что по указу Канторы и ее главного судьи Михаила Михайловича Лодыжинского он уговаривал колонистов в необходимости сбора с каждой семьи по четверти четверика разных сортов хлеба в особые магазины[склады]. Но до сих пор ни в одной колонии такие магазины не созданы., а колонисты объясняют, что зерновые сыромолотые и за год все сгниют. Кантора сделала предписание Иванову и ко всем находящимся при колонии в комиссарских должностях офицерам послала указ, по которому, собрав в своих округах форштегеров и беизицеров, в случае их несогласия создавать запасные магазины, еще раз объяснить, что, как ныне всевышний благословил их обильною жатвою, но неизвестно что будет на следующий год. Государство больше не будет выдавать ссуды, как хлебом, так и деньгами, как это было последние 10 лет. Создание запасных магазинов будет служить их общей пользе. Кроме этого уже настало время осторожно приступать к продаже хлеба, сохраняя семенной фонд на несколько лет, беря пример с русских крестьян. По результатам этих разъяснений подготовить соответствующие рапорты в Кантору.

Форштегер колонии Грязноватка Гроша, просит разрешить холостому колонисту из Люцерна Иоганну Георгу Бургардту на дочери колониста Брендта из колонии Гнилушки Катарине Елизабете жениться и вступить помощником в домоводство Грина в Грязноватке. Контора согласие дала при условии платежей по казенным долгам невесты, а в случае смерти Грина и его долгов.

Вдовец Кристьян Вейс из Орловской просит разрешить ему жениться на вдове из колонии Степная Марии Доротее Виценгаузен. Кантора согласие дала.

Рудольф
Постоянный участник
Сообщения: 1056
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 18:25
Благодарил (а): 41 раз
Поблагодарили: 4239 раз

Re: Страницы истории 1776 года

Сообщение Рудольф » 12 фев 2012, 16:42

20 декабря

Секунд майор Козловский сообщил о скрывавшихся в колонии Гречишная Лука трех беглых человеках, которые на допросе показали: 1-й Великолуцкого пехотного полка солдат Никита Анисимов сын Чекалкин, 2-й Ломовского уезда села Дуровка помещика Толмачева крестьянин Никифор Никитин сын Савельев, 3-й Саранскаго уезду села Чумакина помещика Жмакина дворовой человек Гаврила Ананьев. Все они поочередно работали у колонистов Каспара Гейста, Иоганнеса Бехера, Конрада Линка и Иоганна Генриха Гизика. Форштегер Мартин Дитц, зная, что они беглые, в своей колонии держал, а от Козловского скрывал. Комиссар просит наказать форштегера, чтобы другие, зная о наказании, беглых держать не решались. Кантора распорядилась беглецов допросить и отослать в Саратовскую воеводскую канцелярию. У форштегера Дитца, когда он будет в Саратове, выяснить, почему, зная что эти люди беглые, держал в своей колонии.

Пастор Катериненштатского прихода Готтлиб Май сообщил, что он и его прихожане отпраздновали день рождения Ее Императорского высочества великой княгини Марии Федоровны 14 октября. Он так же сообщил, что опубликовал у себя в приходе Манифест об обручении Его императорского высочества государя Павла Петровича с Ее Высочеством государынею Марией Федоровной.

Колонист Катериненштата Петер Вагнер сообщил, что собирается по торговым делам выехать в Казань и Оренбург и хочет взять с собою холостого колониста Андреаса Миллера. Просит выдать для проезда на три месяца паспорта. Кантора разрешила.

Форштегер колонии Звонаревка Айрих, по согласованию с секунд майором Пилем, просит разрешить холостому, двадцатилетнему, признанному способным к хлебопашеству, приемышу Петру Таскину [Тацину] на дочери умершего Андреаса Лена? из колонии Липов Кут, жениться и вступить в домоводство его дяди Маттиаса Лизандера?, Кантора разрешение дала.

Шульц колонии Рязановка Небе, по согласованию с капитаном Вильгельми, просит разрешить колонисту Якобу Михелю на оставшейся после смерти колониста Освальду вдове Маргарете жениться с принятием ее домоводства и имеющихся на ней казенных долгов на свой счет. Кантора разрешение дала.

Форштегер колонии Гречишная Лука Иоганн Маттиас Дитц, по согласованию с секунд майором Козловским, сообщает, что четыре года назад из его колонии бежал Иоганн Вильгельм Штамм и находится в округе поручика Рейфшнейдера у форштегера Шваба. Кантора приказала поручику Рейфшнейдеру обеспечить доставку в Кантору колониста Штамма за счет форштегера Шваба. Подтвердить, чтоб впредь без билетов никто в колониях иностранцев у себя не держали.

Генрих Томас из колонии Краснорыновки сообщает, что «из-за беспорядочным житием жены его» содержать себя в колонии не состоянии, и просит о выдаче билета для проживания в Саратове. Кантора запросила Томаса, сколько рублей ежегодно в счет оплаты казенных долгов вносить обещает. Разрешение Кантора дала, а поручику Манжину сообщила, что если жена Томаса с мужем желает жить, отправить в Саратов. А если она ехать к нему не согласится, то взыскивать с нее ежегодно в счет оплаты долгов по максимуму. А так как Томас из колонии до решения Канторы в Саратов уехал самовольно, такую самовольную отлучку наказать «палочьем».

21 декабря

Находившейся во услужении у полковника Жукова колонист Иоганн Вильгельм Гра возвращает обратно данный ему от канторы паспорт и просит выдать ему на год билет для работы в округе подполковника Гогеля. Кантора дала на год разрешение для проживания в Екатериненштатском округе, о чем сообщила подполковнику Гогелю. А в Арзамасскую провинциальную канцелярию отправила предписание, чтобы она предложила господину Жукову выслать в Кантору за колониста Гра деньги в соответствии с договором.

Форштегер колонии Вольская Гуккеса [Куккус], просит разрешить, 1-е, холостому Конраду Белю из колонии Сосновка на вдове Гасcенгауер, жениться. Кантора разрешит брак и выдадут повенечное письмо, если общество колонии Вольской одобрит его к хлебопашеству способным и выдаст соответствующий аттестат. 2-е, холостому колонисту Конраду Беку из колонии Ключи на вдове Марии Катарине Гербель, жениться. Кантора разрешит брак и выдадут повенечное письмо, если общество колонии Вольской одобрит его к хлебопашеству способным и выдаст соответствующий аттестат.

22 декабря

Шульц колонии Базель Аугуст Вильгельм Вильштаха сообщил, что колонист Мельхиор Ган ранее был женат на дочери колониста Филиппа Фрейнда, Анне Катерине, а после ее смерти, на дочери Каспара Шмидта Марии Елизабете. От своего тестя Фрейнда, из-за постоянных с ним разногласий, отделился и решил принять оставшееся после умершего колониста Конрад Бибенбринка домоводство, оцененное обществом в 16 руб. 87 коп. Он просит дополнительно выделить еще одну лошадь. Учитывая, что общество колонии Базель принимает колониста Гана в способные, разрешили ему принять хозяйство умершего колониста Конрад Бибенбринка. Но в выдаче еще одной лошади, отказать. Причина: уже последняя ссуда закончилась, а купить еще одну лошадь из собственных сбережений, а остальные на Бабенбринке долги поставить на счет оставшихся его четырех лошадей.

23 декабря

Капитан Вильгельми сообщает, что два фузелера приписанные к военной команде, размещенной в колонии Панинской, Никита Григорьев и Савелий Горшков, обвиняются в краже товаров из лавки Астраханскаго разночинца Тараса Иванова и вещей из дома местного шульмейстера Мозера. В ходе допроса выяснилось, что с ними при краже у шулмейстера Мозера вещей был драгун Санкт-Петербурского драгунского полка Михаил Варин. Вильгельми просит прислать к нему на место этих фузелеров других. Кантора приказала фузелеров Григорьева и Горшкова допросить и поступить с ними по закону. К господину майору Семанже отослать протоколы с их допросами и прислать других фузелеров.

Бейзицеры колонии Сплавнухи Петер Шарманн и Дитрих Вейгандт сообщили, что форштегер колонии Кондрат Меркель 12 декабря для собственной нужды поехал в колонию Песковатку на телеге с окованными колесами и хотел возвратиться на другой день, но до сих пор не возвратился. Поиски колонистов результата не дали. Ни телеги, ни конской упряжи найти не могли. Но оказалось что след телеги, на которой он ехал, повел к буераку, где священник деревни Поповка имеет хутор. Колонисты просят провести на хуторе обыск. По информации от местных старожилов на том хуторе постоянно находятся разбойники. Кантора приказала без малейшего промедления послать в Саратовскую воеводскую канцелярию указ, и сразу же командировать одного обер-офицера с хорошей командою к указанному хутору и провести обыск и проинформировать по результатам Кантору.

28 декабря

От Оренбурской губернии Бугульминской земской канторы поступило сообщение, что от находящегося в Бугульме на зимних квартирах Алексеевского пехотного полка господина полковника фон Арнема и находящегося у него во услужении колонии Лесного Карамыша иностранца Иоганна Казимира деньги пять рублей приняты, в приход записаны и впредь до указа будут храниться. Кантора распорядилась подготовить для этого колониста на основе прежнего указа новой паспорт и отослать в Оренбургскую губернскую канцелярию. И указать Оренбургской канцелярии, чтобы по получении, паспорт немедленно был доставлен колонисту или к полковнику фон Арнему. И чтобы та канцелярия, истребовав из Бугульминской земской канторы, взнесенные от господина фон Арнема за колониста деньги, пять рублей и хранила у себя до появления удобной оказии.

29 декабря

Присланные от секунд-майора Пиля из колонии Липов Кут Готтлиб Геберлинг с женою Марией Магдаленой, его пасынок Балтазар и Давид Гольц, подозреваемые в краже у вдовы Егерт из дома вещей и в намерении ее убить. Приложены их допросы на немецком языке. Кантора решила подозреваемых, для более квалифицированного расследования и поступления с ними по закону, отослать в Саратовскую воеводскую канцелярию. Приложить допросы, переведенные на русский язык. Представителем Канторы на следствии был определен секретарь Исаков. Саратовская воеводская канцелярия по завершению расследования о результатах Кантора должна известить. Кроме того, подготовлена справка о поведении этих колонистов, сколько на них казенных долгов состоит и сколько в нынешнем году собрано ими хлеба.

31 декабря

Саратовская воеводская канцелярия, что для поиска пропавшего форштегера колонии Сплавнухи Конрада Меркеля и проведения обыска на хуторе села Топовки в помощь канторскому поручику Иванову командирован первой части смотритель подпоручик Зверев.

selena
Постоянный участник
Сообщения: 1002
Зарегистрирован: 22 сен 2011, 02:03
Благодарил (а): 2619 раз
Поблагодарили: 2277 раз

Re: Страницы истории 1776 года

Сообщение selena » 07 апр 2012, 18:51

Огромное спасибо за первое сообщение по колонии Базель!!! И сразу новости о Каспаре Шмидте-моём предке и его дочери Марии Елизабете. С нетерпением буду ждать новостей о Базеле.

Рудольф
Постоянный участник
Сообщения: 1056
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 18:25
Благодарил (а): 41 раз
Поблагодарили: 4239 раз

Re: Страницы истории 1776 года

Сообщение Рудольф » 30 июн 2012, 22:10

27 января

Милюков сообщает, что в соответствии с данным ему Контрой указу для присланных от поручика Рейфшнейдера пятерых колонистов Верхней Кулалинки для земляных работ у города Саратова, куплена необходимая одежда у крестьянина Золотовской волости Тимофея Ракитина. А конкретно: шубы Иоганну Фоглеру за 1 руб.80 коп., Якобу Крену(Краусу) за 1 руб.70 коп., Генриху Штельфельду за 1 руб. 60 коп., Николаусу Кельну за 1 руб. 80 коп., Иоганну Томасу Мартину за 1 руб. 60 коп., для всех серого сукна для всех пятнадцать аршин по десяти копеек, и еще Фоглеру, Штельфельду и
Мартину по рукавицам с варигами по тридцати копеек. Всего вещей на 10 руб. 90 коп. Инициатива покупки исходила от самих колонистов. Приказали:
Милюкову выдать расписку крестьянину Ракитину на обозначенную сумму. Деньги отдать позже, после получения их из Канцелярии опекунства иностранных за выполненные колонистами работы, но не более половины. С колонистов взять расписки¸ чтобы эту одежду они не распродали и в другой раз не требовали.

Секунд-майор Пиль сообщает что обществами колоний Усть-Караман и Звонаревки в силу конторского указа в форштегеры выбраны в первой вместо умершего Мартина Крафта, Кристиан Бельцаг, во второй вместо больного Давид Низлера, Андреас Эйрих. Подписи обществ приложены. Кантора послала указ Пилю, чтобы он объявил обществам, что одобряет их выбор. При вступлении в должности новые форштегеры должны принять по описи от старого форштегера и от бейзицера умершего все письменные дела, а так же общие и сиротские деньги в соответствии с инструкцией.

Поручик Протопопов сообщает, что из числа изъятых 10 ноября 1775 года у колонистов колонии Россоши не способных к земледелию и отпущенных с паспортами в другие города России, 15 коров, в декабре 5 коров пали. Протопопову приказали оставшиеся 10 коров раздать колонистам его округа и взять расписки о получении и стоимости.

Протопопов сообщает, что общество колонии Россоши на место находящегося в колонии форштегера Жузепе Отена, большинством голосов выбрало другого, Этьена Дене. В соответствии с присланной из Канцелярии опекунства иностранных инструкции по выборам форштегера, вместо внутренней юрисдикции, избранный форштегер похвальных качеств не имеет. Сверх того очень подозрительный человек. Комиссар попросит для обеспечения в колонии общего спокойствия, этот выбор аннулировать, а на это место выбрать другого, достойного к этой должности человека. К тому же, Дек уже преклонных лет и был оштрафован Канцелярий опекунства иностранных 17 марта 1770 г. как организатор беспорядков в колонии. Кантора приказала обществу колонии Россоши, при участии Протопопова, выбрать другого форштегера в соответствии с инструкцией Канцелярии и за подписью всего общества решения выслать в Кантору для утверждения.

Форштегер колони Красный Яр Каспара Крауша через секунд-майора Пиля сообщает, что больше не в состоянии выполнять работу в должности форштегера, объясняя это тем, что имеет небольшую семью и хозяйство его совсем пришло в упадок. Просит уволить с должности форштегера. Кантора распорядилась обществу колонии провести выборы при участии Пиля. Вместо Крауша выбрать нового форштегера, который соответствовал инструкции о форштегерах, присланной из Канцелярии вместо инструкции внутренней юрисдикции.

Колонист колонии Кустарева Георг Шустер сообщает, что его старший брат
Михаель отцовское хозяйство и казенные долги, принял на свои счет и просит о увольнении его с паспортом в Москву. Сколько на нем казенного долга имеется и согласие общества на его увольнение, приложил свидетельством. По справке оказалось, что в проведенном в 1775 г. господином статским советником Канторы главным судьею Ладыжинским разборе поселенцев колонии Кустарева, в ведомостях Шустер показан холостым в числе способных к хлебопашеству колонистов, от роду двадцати лет. В примечании господина статского советника записано «оставить до женитьбы». В ведомостях о его долгах, присланных из Канцелярии опекунства иностранных списках обозначено «оставить по желанию», а получил он казны 24 руб. 4 коп. кормовых и на пропитание муки две четверти. Кантора в прошении Шустеру отказала, объясняя, что по своему желанию в колонию прибыл и по резолюции канцелярской должен остаться в колонии.

Колонисты Верхней Добринки и Нижней Добринки Иоганн Георг Отто и Иоганн Адам Рау по согласованию с поручиком Рейфшнейдером, просят уволить из колоний с выдачей паспорта на проживание в Москве, где они, в уплату долгов обязуются делать платежи. Порутчика Рейфшнейдер пояснил, что эти холостые колонисты прибыли с родственниками, а после их смерти старшие их братья домоводства и долги взяли на свой счет. В 1775 г. они показаны в семействах своих братьев в числе способных к хлебопашеству. Кантора решила в прошении колонистов отказать.

Форштегер колонии Краснополье Якоб Штауба, по согласованию с поручиком Манжиным, просит разрешения вдовцу своей колонии Иоганнесу Шрепферу-младшему на оставшейся после умершего колониста той же колонии Иоганна Дитриха Энгельберта вдове Катерине жениться с принятием на свой счет казенных долгов умершего мужа. При разборе 1775 г. Якоб Шрепфер показан к хлебопашеству способным и имеющим дом, сельскохозяйственный инвентарь, лошадей и скот. Вдова Энгельберт показана неспособной к хлебопашеству, но имеющую дом, одну корову и все сельскохозяйственные инструменты. Но из-за одиночества хлебопашество производить не может, а пропитаться желает в колонии работой, поведения хорошего. В примечании же господина статского советника Лодыжинского написано «оставить до замужества, о долгах же мужа ее показать в ведомости». Кантора разрешила колонисту Шрепферу на вдове Энгельберт жениться и выдать повенечное письмо, а долги первого ее мужа поставить на счет Шрепфера, с пометкой, что если он умрет или будет не в состоянии платить долги, то остаются они на всем обществе, и о этом сообщить в бухгалтерию.

Форштегер колонии Подстепной Якоб Мерле, по согласованию с секунд-майором Пилем, просит разрешения уволенному из колонии Усть-Караман пасынку колониста Карл Адама Квинта Иоганну Готфриду Эрдману Христаху на вдове его колонии Катерине Шнейдер жениться. Оказалось, что при разборе 1775 г. Эрдман Кристах ни в ведомостях наличных, ни в убывших не показан. Кантора послала Пилю указ, что если упомянутой вдове отец даст разрешение выйти замуж за Кристаха, то разрешение будет дано. А секунд-майору взять от схода колонии Подстепной согласие на принятия Кристаха в свое общество. Сообщить, сколько на отце вдовы Шнейдер, колонисте Ланге и на умершем муже казенного долга состоит и прислать согласие Кристаха взять все долги на свой счет. И после чего внести Кристаха в список колонии Подстепной.

Форштегер колонии Красный Яр Каспар Крауш, по согласованию с секунд- майором Пилем, просит разрешения колонисту Старицы Иоганну Якобу Веберу на дочери колониста Красного Яра Иоганна Георга Шека Анне Елизабете жениться и быть при хозяйстве своего тестя. А после его смерти все состоящие на нем казенные долги примет на свои счет. Колонисту Веберу на девке Анне Елизабете жениться разрешили и повенечное письмо выдали.

28 января

Сообщение от капитана Вильгельми, что приписанный к Малыковской волости поселка Овсяной Гай крестьянин Семен Федоров прозванием Киселев, пойман колонистами колонии Гларус при попытки кражи лошадей.
Кантора распорядилась крестьянина Киселева отослать в Саратовскую воеводскую канцелярию, чтобы поступить с ним по закону. В приложении соответствующего рапорта сообщить, что хотя Киселев не соглашается с обвинением в попытке кражи, но доказательствами тому служат: во-первых, побег с колонистского двора, во-вторых, он укрывался под стогом и в снегу, в-третьих, с ним был еще и товарищ, который бежал, но поймать его не удалось.

Форштегер колони Красный Яр Каспар Крауш, по согласованию с секунд- майором Пилем, просит разрешить холостому колонисту двадцати двух лет и к хлебопашеству способному Иоганну Феллеру хозяйство и казенные долги отца своего Якоба Феллера (который с женою за старости и дряхлости домоводства более вести не в состоянии) принять на свой счет. Для того, чтобы хозяйство отца на свой счет принять, просит разрешить на девятнадцатилетней свояченице Николауса Рихтера, Марии Елизабете Миллер жениться. Кантора разрешила Иоганну Феллеру, взявшему надлежащие обязательства, на Марии Елизабете и дала повенчанное письмо.

Форштегер колони Осиновка Готфрид Бургардт с подписями еще восьми колонистов, по согласованию с поручика Вейцем, сообщает, что из-за слабого здоровья форштегерскую должность (которую он с 1769 г. добросовестно исполнял) сейчас более исполнять не в состоянии и просит, чтобы его уволили, а на его место «повелеть быть выбранному обществом» Кристофа Швенгерта. Кантора распорядилась форштегера Бургардта с должности уволить, а Кристофа Швенгерта на его место обществу рекомендовать. Соответствующие документы и деньги Швенгерту передать.

Пастор реформатского закона Иоганн Янет, просит Кантору подтвердить колонистам его прихода, что они обязаны заготавливать для него необходимое количество дров. Янет представил копию из документа 1764 года, где между прочего записано, что ЕЕ Императорское величество изволила назначить из доходов Канцелярии опекунства иностранных ежегодно ему, Янету, жалованья по 180 руб., казенную квартиру и земли столько, сколько он на разведение сада и произведение пашни потребует. Дровами на отопление должно снабжать его общество и оказывать всестороннюю помощь. Для окончательного решения Кантора решила сделать свой запрос в Канцелярию опекунства иностранных.

Рудольф
Постоянный участник
Сообщения: 1056
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 18:25
Благодарил (а): 41 раз
Поблагодарили: 4239 раз

Re: Страницы истории 1776 года

Сообщение Рудольф » 02 июл 2012, 08:31

29 января

Капитан Вильгельми, на конторский указ сообщает, что у неспособных к хлебопашеству поселенцев семенной хлеб, несмотря на недостаток его в обществах, не изъят, а уволенным в разные города оставлен на проезд. Рапорт приняли к сведению, а стоимость не изъятого зерна оставить на счету колонистов.

Секунд-майор Пиль прислал, в соответствии с конторским указом, ведомость
состоящих в его ведении колониях вдовах, престарелых мужах и сиротах, оставшихся после бывших к хлебопашеству способных колонистов. Кантора приказала, что в связи с тем, что колонисты всего округа имеют от своего урожая на целый год пропитание, оставить всех этих вдов и сирот в колониях, не производя при этом из казны на их содержание выплат.

Форштегер колонии Тарлыковка Якоб Клебер, по согласованию с поручиком Манжиным, просит разрешения из его колонии шестнадцатилетнему сыну колониста Иоганна Вильгельма Динкеля, Якобу Фридриху (которого общества к хлебопашеству способными признает) на сироте Софии Луизе Зиберт из колонии Зауморье, жениться. Кантора разрешила.

Форштегер колони Зауморье Филипп Шнор, по согласованю с поручиком Манжиным, просит разрешения колонисту своей колонии вдовцу Якобу Зиберту на вдове Анне Марии, оставшейся после смерти колониста Скатовки Николауса Гейнца, жениться. Колонист Зиберт при разборе 1775 г. показан к хлебопашеству способным, пятидесяти лет, вдов, у него сын шестнадцати, дочь двадцати одного года, дом с пристройками. Лошадей, скот, сельскохозяйственные инструменты имеет. Вдова Гейнц показана к хлебопашеству способной, сорока двух лет. У нее пасынки, один двадцати одного, другой восемнадцати, сын пятнадцати лет, дом со всеми пристройками. Лошадей, скот и сельскохозяйственные приборы имеет. Кантора разрешила Зиберту на вдове жениться. Но когда ее старший пасынок жениться и примет на себя долги своего отца, сообщить дополнительно в Кантору.

Фоштегер колонии Старицы Гор, по согласованию с секунд-майором Пилем, просит разрешить сыну вдовы Христины Циттель Зигмунду на падчерице Каспара Обергейма, Анне Марии Миллер из этой же колонии, жениться. Кантора разрешила и выдала повенчанное письмо.

Иностранец колонии Гларус Иоганн Фридрих Улитц, сообщил, что он в 29 июля 1773 г. от Канторы с паспортом (которой приложен) был уволен в услужение к живущему в городе Арзамасе поручику артиллерии Астафьеву, который в первый год заплатил в счет погашения его долга 5 рублей. Но так как он ежегодно от Астафьева получает только по пять рублей жалованья, то за остальное время в уплату долга может перечислить два с половиной рубля в год. Улитц просит принять деньги и выдать квитанцию. И на этот год выдать новый паспорт для проезда к поручику Астафьеву и разрешить ежегодно платить по два с половиной рубля, так как из-за больных рук более платить не в состоянии. По справке оказалось, что при разборе поселенцев в 1775 году в колонии Гларус Улитц в числе колонистов не показан. Кантора приняла решение два с половиной рубля принять. С учетом увечья, Улитц к хлебопашеству не способен и разрешили выдать ему паспорт для работы у поручика Астафьева. А деньги для погашения долга платить в Арзамасскую провинциальную канцелярию, где проживает указанный поручик.

Колониcт Крестового Буерака Иоганн Христиан был объявлен обществом к хлебопашеству неспособным и еще в 1773 г. хлебопашенные приборы и скот у него обществом с оценкою были отобраны. Просит об увольнении с паспортом в Москву, где он намерен парикмахерским мастерством пропитаться и в уплату казенных долгов ежегодно по известной сумме платить. В ведомостях при разборе колонистов в 1775 г. он показан с женой в числе неспособных и желал вступить в военную службу, а поэтому в присланных из Канцелярии опекунства иностранных списках напротив его имени отмечено «отослать, куда следует». Хозяйство у него отобрано обществом и по оценке с публичного торга распродано колонистам той колонии за 12 руб. 52 коп. Только от покупателей деньги до сих пор не заплачены. Контора выдала колонисту Кристьяну паспорт в Москву, а колонистам купившим, но не оплатившим вещи, записать в счет долга, а с Кристьяна уменьшить на обозначенную сумму.

Форштегер колонии Старица Готтлиб Гор, по согласованию с секунд-майором Пилем, просит разрешить холостому и к хлебопашеству способному колонисту Христофу Обергейму (которой, как домоводство, так и казенные долги больного отца своего Каспара Обергейма, примет на свой счет) на дочери вдовы Циттель девке Катерине жениться. Кантора разрешила и выдала повенченное письмо.

От того же форштегера Гора за подписью всех колонистов его колонии и по согласованию с секунд-майором Пилем, сообщает, что оставшейся после умершего колониста Генриха Гора холостой двадцати двухлетней сын Август (мачеха его домоводство вести более не в состоянии) сговорил за себя оставшуюся после умершего колониста Готтфрида Каммера из колонии Липовки, дочь девку Юлиану и желает отца своего казенные долги принять на свой счет и просит разрешения на женитьбу. Кантора разрешение дала.

Проживающий в Саратове иностранец Лебрехт сообщает, что построенную на земле колони Елшанка, на собственные средства, водяную мельницу продал по заключенному контракту 18 декабря 1775 г. за 200 руб. жителям колонии Каменки Маттиасу Вагнеру и Маттиасу Репину. Копия контракта прилагается и просит его утвердить. В связи с тем, что мельница построена на земле колонии Елшанка, то Кантора решила запросить это общество о желании приобрести и содержать мельницу. А если нет, то взять соответствующий документ и утвердить контракт от 18 декабря 1775 г.

Колонист Денгоф из Гололобовки сообщает, что имеет желание поставить в конторское ведомство для продажи несколько сот четвертей семенного хлеба. Контора разрешила Денгофу и прочим желающим к торгам допустить.

Форштегер колони Ягодная Поляна Дисинг представил в Кантору документы о том, что в начале года общество колонии вновь его выбрало форштегером и просит оставить его в этой должности. Контора обязала капитана Милюкова объявить обществу Ягодной Поляны, что выбор Дисинга поддержан.

Колонист Таловки Бутц, сообщил, что весь 1774 г. находился у пастора Альбаума во услужении, только зарплату по договору 5 руб. 90 коп. не получал. Соответствующую расписку от пастора приложил. Просит, чтобы заработанные деньги ему заплатили из жалования пастора. Кантора распорядилась вычесть обозначенную сумму из текущего жалования Альбаума и отдать Бутцу под расписку.

30 января

Польский подполковник Гогель сообщил, что в ведомстве его колоний Кано и Боаро шульцы Готтлиб Гартманн и Андреас Квинт представили, что они уже первой шестой, а последний одиннадцатый год находятся в должности шульцев, и чувствуют на себе, что несут убытки как в хлебопашестве, так и в ведении домашнего хозяйства. Просят об освобождении от должности и выбрать на их место других: в колонии Кано колониста Андреаса Гоппе, в Боаро - Кристофа Арнста, которых общество выбрало и аттестовало, что Гоппе и Арнст эту должность исполнять способны. Эти аттестаты, подписанные всеми обществами с рапортом в оригинале, представлены. Кантора поручила подполковнику Гогелю старых шульцев от должности освободить, а новым принять письменные дела, сиротские и общие деньги. И, в соответствии с предписаниями Канцелярии опекунства иностранных, следить за исполнением новыми шульцами своих обязанностей и регулярно информировать об этом Кантору.

Порутчик Пыженков сообщает, что в соответствии с поручением Канторы выяснял сколько городе Саратове колонистских дворовых мест, какие строения и сколько под каждым земли и кто в них живет. При выполнении данного задания, между прочим, выяснилось, что на состоящем в приходе церкви Покрова Пресвятой богородицы дворовом месте бежавшего колониста Бернгард Кейба построился саратовской штатной роты солдат Павел Смаркалов. Кантора приняла рапорт с ведомостью и велела построившегося на колонистском месте солдата спросить, по какому праву он это сделал и имеет ли письменное разрешение, и если имеет, представить в Кантору. А как поступить с другими, оставшимися после колонистов домами и пустующими местами, запросить Канцелярию опекунства иностранных.

Подпоручик Кацарев сообщает, что после приезда в колонию Тонкошуровку для организации строительства вала вокруг колонии, прибыли и организованные для работ поручиком Вейцем колонисты. Но только из-за сильной стужи и большого снега, работать нет возможности. Поэтому Кацарев просит разрешения перенести начало работы на весну, а ему вернуться в команду. Принятые железные материалы предлагает отдать под расписку с расписку поручику Вейцу. Кантора с доводами Кацарева согласилась.

Польский подполковник Гогель сообщает, что холостого колониста Боаро Андреаса Гана младший брат Иоганн Михель домоводством управлять может, а поэтому Андреас сговорил за себя вдову Софию Вернер. Кантора Гогелю послала указ и велела колонисту Андреасу Гану в женитьбе на вдове
Вернер отказать, а поискать себе для женитьбы девку и остаться с братом вместе при своем хозяйстве.

Гогель еще сообщает, что колонист Катариненштадта Самуель Гутияр, хотя и показан был при последнем разборе способным к хлебопашеству, но по усмотрению общества сейчас, таковым не является. Если оставить его при хлебопашестве, то он все свое хозяйство, несомненно, растеряет. Поэтому, его лучше с паспортом отпустить в Москву, где он пропитание себе найти сможет. Аттестат об увольнении за подписью шульца и всего общества Гогель представил. Кантора в отпуске в Москву колонисту Гутияру отказала, так как он еще в 1775 году был признан к хлебопашеству способным. А впредь, чтобы комиссары таких мемориалов не одобряли, с описанием присланного 15 января из Канцелярии опекунства иностранных указа всех ознакомить еще раз и подтвердить новым конторским указом.

Irina.Vlasova.Aleeva
Интересующийся
Сообщения: 1
Зарегистрирован: 01 июл 2012, 18:19
Поблагодарили: 2 раза

ЗдравствуйтеRe: Страницы истории 1776 года

Сообщение Irina.Vlasova.Aleeva » 02 июл 2012, 23:56

Рудольф, огромное спасибо за вашу работу.Читаешь казенные заметки и кажется, что проживаешь то нелегкое время.Особенно те документы где встречается родная фамилия-Якоб, возможно это мои предки. Спасибо еще и еще раз.

Рудольф
Постоянный участник
Сообщения: 1056
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 18:25
Благодарил (а): 41 раз
Поблагодарили: 4239 раз

Re: Страницы истории 1776 года

Сообщение Рудольф » 09 июл 2012, 09:06

30 января
(продолжение)


Форштегер колонии Привальной Фогт за подписью трех бейзицеров, двенадцати колонистов и по согласованию с поручиком Манжиным, просит разрешить вдовцу Иоганнесу Коху на оставшейся после смерти дьячка Иоганна Христиана Шефера(?) вдове Анне Маргарете, с принятием состоящих на вдове и ее муже казенных долгов на свой счет, жениться. Иоганнес Кох при разборе 1775 г. признан к хлебопашеству способным. У него сыновья двадцати двух и пятнадцати лет, и четырехлетняя сирота. Имеет дом с пристройками, скот и сельскохозяйственные инструменты. Вдова Фишер записана неспособной к хлебопашеству. У нее сыновья восемнадцати, восьми и пяти с половиною лет, дочери четырнадцати и двух с половиною лет. Дома и сельскохозяйственных инструментов не имеет, а пропитаться желала работой в колонии. В примечании господина статского советника Лодыжинскаго написано: «оставить при том до замужества и до возраста сыновей, за неимением же хозяйства неспособной не признается», но в связи с наличием малолетних детей окончательное решение оставили за Канцелярией опекунства иностранных. В резолюции Канцелярии против имени этой вдовы записано «оставить пропитаться по желанию работою, но ее долг остается на обществе». Кантора разрешила колонисту Коху на вдове Фишер для «призрения и обучения земледелию ее детей» жениться и долги ее мужа поставить на его счет. В случае неуплаты им при жизни долгов первого мужа и неспособностью платить долги детьми, этот долг остается на обществе.

Форштегер колонии Привальной Фогт за подписью трех бейзицеров, двенадцати колонистов и по согласованию с поручиком Манжиным, просит разрешить холостому сыну умершего колониста Филиппа Фрейнда Иоганну Генриху на падчерице колониста Даниеля Беккера Марии Елизабете Шерер жениться и вступить в домоводство Беккера. Филипп Фейнд при разборе 1775 г. показан к хлебопашеству неспособными, дома и никаких сельскохозяйственных инструментов не имеет, а живет в колонии поденной работой. В примечании господина статского советника Лодыжинскаго написано: «за полностью неспособного не признается, а остается в колонии до вступления по возрасту в чье-либо хозяйство. В резолюции же Канцелярии опекунства иностранных напротив имени Фрейнда обозначено «оставить по желанию его пропитаться работою у других». Отчим невесты получил от казны, кроме семенного ячменного хлеба и скота, деньгами четыреста четырнадцать рублей девяносто копеек. А сколько состоит казенного долга на Фрейнде и его отце, из-за разграбления конторских дел бандитами Пугачева и задержкой с пересылкой от поручика Манжина ведомостей о колонистских, узнать сейчас не по чему. Кантора разрешила колонисту Фрейнду на девке Шерер жениться и в домоводство отчима ее вступить и дала повенечное письмо. А о состоящих на нем и на его отце долгах, дополнительно запросить соответствующие документы из колонии.

Форштегер колонии Привальной Фогт за подписью трех бейзицеров, двенадцати колонистов и по согласованию с поручиком Манжиным, просит разрешить младшему сыну колониста Якоба Шмидта, Иоганну Якобу на дочери умершего колониста колонии Скатовка Иоганна Конрада Герклотца, Елизабете Маргарете жениться и состоящие на ней казенные долги принять на свой счет. При разборе 1775 г. Иоган Якоб показан при отце своем к хлебопашеству способном, а девка Елизабета показана неспособной и живет в колони поденною работой. В примечании господина статского советника Лодыжинскаго написано: «у нее есть брат и отцовские долги платить должен, она может выйти замуж, почему неспособною не признается». Кантора разрешила Иогану Якобу Шмидт на девке Маргарете жениться и дала повенечное письмо.

Форштегер колонии Привальной Фогт за подписью трех бейзицеров, двенадцати колонистов и по согласованию с поручиком Манжиным, просит разрешить оставшемуся после смерти колониста Мартына Зейберта двадцатилетнему сыну Каспару (которой с согласия и обязательства всего общества домоводство и казенные долги матери принял на свои счет) жениться на дочери умершего колониста Иоганнеса Риса, Анне Елизабете. При разборе 1775 г. Каспар Зейберт показан при отце к хлебопашеству способным. Кроме его, у Мартина Зейберта записаны два сыны десяти и двух с половинной лет. От имени господина статского советника Лодыжинскаго против его имени написано: «дать еще на одного работника пару лошадей, все земледельческие инструменты, телегу с упряжью и участок земли». В приложенной за подписью форштегера, бейзицеров и некоторых колонистов ведомости показано, что его отец от казны получил сто шестнадцать рублей сорок копеек, на пропитание муки пятьдесят семь четвертей. Сверх того семян и скот. Девка Рис показана у колониста Кренца сиротою, а братья ее, один пятнадцати, другой шести и сестра одного года у разных колонистов. Сколько на ней и умершем ее отце Иоганнесе Рисе казенного долгу состоит, из-за за разграбления конторских дел и отсутствия информации от поручика Манжина, узнать пока невозможно. Кантора разрешила Каспару Зейберту на девке Анне Елизабете Рис жениться и выдало повенечное письмо. В списках отметить, что положенная при разборе ссуда лошадьми и прочим из-за смерти его отца отменяется.


Форштегер колонии Сосновка Ро, по согласованию с поручиком Ивановым, просит пасынку колониста Иоганнеса Миллера из Норки, холостому двадцатитрехлетнему Иоганну Генриху Вейнбергеру на дочери колониста Сосновки Кристофа Кресса, Юлианне жениться. Домоводство и казенные долги Кресса принять на свой счет. При разборе 1775 г. Вейнбергер в колонии Норке пасынком у колониста Иоганнеса Миллера, у которого кроме его, имеются сыновья двадцати двух и двадцати лет. Девка Юлианна Кресс написана в колонии Сосновке у отца Кресса, к хлебопашеству способного, имеющего дом с пристройками, скот и сельскохозяйственные инструменты. Кроме Юлианны, в семье сын восемнадцати и дочь четырнадцати лет. Какие на отце Иоганна Генриха Вайнбергера казенные долги, канторе неизвестно. Поручик Иванов так же поясняет, что Веинбергер желает в хозяйстве будущего тестя и быть только помощником, потому, что тесть имеет родного сына, которого он намерен женить. Кантора разрешила Веинбергеру жениться девке Юлианне и велела дать повенечное письмо.

Форштегер колонии Памятная Гартманн, по согласованию с подпоручиком Шенне, просит разрешить сыну колониста Себастьяна Лейманна, Иоганнесу на дочери колониста Серцера? из колонии Верховье, Катерине Барбаре жениться и после остаться в хозяйстве у отца. Кантора согласие дала.

Форштегер колонии Сплавнуха Конрад Моркель сообщает, что уже три с половиной года в должности, и более ее исполнять не желает. Просит освободить от должности, а на его место разрешить обществу выбрать нового форштегера. Кантора велела поручику Иванову послать указ и разрешить обществу колонии Сплавнуха на место Моркеля выбрать себе другого, который и годами, и поведением, и прочими качествами соответствовал инструкции, присланной из Канцелярии опекунства иностранных вместо внутренней юрисдикции. После выборов, соответствующий протокол с подписями всего общества направить в Кантору.

Колонистка Гертруда Мейснер сообщает, что ее муж Иоганн Генрих Мейснер без малого 3 года тому назад без разрешения Канторы определился в Луганский пикинерный полк капельмейстером. Так как пропитание в Саратове она иметь не в состоянии, то просит о своем увольнении с паспортом в город Глухов. При разборе поселенцев в 1775 г. коллежским асессором Канторы Кикиным колонии Катариненштадт, в ведомостях Гертруда Мейснер и ее муж не показаны. В присланной от польского подполковника Гогеля в октябре месяце того ж 1775 г. дополнительном списке пропущенных колонистов. Иоганн Генрих Мейснер показан в возрасте пятидесяти семи, а его жена пятидесяти трех лет, и что он в том году самовольно отлучился и находится в Луганском пикинерном полку капельмейстером, а жена в Саратове. Дом его с пристройками отдан колонисту Фридрих Золтнеру, а скот и сельскохозяйственные инструменты в 1770 г. промотаны, от казны же он, получил кормовых 141 руб. 60 коп., ссудных 40 руб., две лошади, телегу, хомут, косу сенокосную, серп, сошник с отрезом, на пропитание муки четыре четверти. Канторе известно, что упомянутый Мейснер к земледелию не способен и стар, взяв от общества колонии Катариненштадт аттестат, представить в Канцелярию опекунства иностранных. Не соблаговолит ли оная через государственную военную коллегию, за самовольной увоз колониста, состоящие на нем казенные долги взыскать с упомянутого полка.

Иностранец Иоганн Георг Лаут(Лот?) колонии Нижней Добринки сообщает, что с разрешения Канторы находился во услужении у капитана Ивана и у отца его генерал-майора Смирновых и в уплату казенного долга взносил ежегодно по пять рублей. Сейчас от капитана Смирнова уволен (паспорт к заявлению приложен). Желает поступить в услужение к прапорщику Михаилу Яковлева сына Сабурова и просит отпустить с новым паспортом к Сабурову, с уплатой долгов по пять рублей в год. Прапорщик Сабуров письменно просит Кантору отправить Лаута, к нему в Керенский уезд, село Оржевку на один год в услужение. Кантора принимает во внимание, что Лаут с семьей уже как три года из колонии отпущен. Из-за пропажи канторских дел и ревизионных списков прошлых лет, о способности к хлебопашеству ничего сказать не может. Поэтому согласилась выдать на год паспорт для проезда и проживания у прапорщика Сабурова. В Керенскую воеводскую канцелярию сообщить, чтобы она с прапорщика Сабурова или с самого Лаута взыскала на уплату казенного долга ежегодно по пять рублей. Полученные деньги хранила у себя в канторе и никуда в расход не употребляла.

Подан билет от находящихся на рытье городского вала колонистов Верхней Кулалинки Николауса Кельна с товарищами из пяти человек, данный им от Саратовского коменданта господина полковника Бошняка для получения денег за выкопанную землю городского рва. Кантора распорядилась обозначенную сумму за работу выдать две части из здешних магазинов мукою, а третью часть деньгами, вычтя из третьей части половину в уплату за купленную им одежду и обувь.

Рудольф
Постоянный участник
Сообщения: 1056
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 18:25
Благодарил (а): 41 раз
Поблагодарили: 4239 раз

Re: Страницы истории 1776 года

Сообщение Рудольф » 09 июл 2012, 19:02

31 января

Поручик Штихеус сообщил, что представленные Борегардовского вызова колонии Гларус от иностранца Иогана Фридрих Улитца в уплату казенного долгу деньги два рубля шестьдесят копеек приняты и в приход записаны.

Он же сообщил, что представленные колонии Нижняя Добринка от иностранца Иоганна Георга Лаута в уплату казенного долга пять руб. приняты и в приход записаны.

Поручик Ребиндер просит выдать Саратовскому мещанину Максиму Чернову 1 руб. 60 коп. за провоз до колонии Привальной отправленных из Саратова инструментов: а именно, тридцать кирок, пятнадцать ломов, десять топоров, сорок лопат. Кантора деньги выдала.

Вызывательский поверенный поручик Вейц сообщил, что, хотя более ста колонистов его ведомства из поселенных по реке Караману к рытью вала около колонии Тонкошуровки явились.Но из-за большого снега, глубоко промерзшей земли и постоянных метелей, приступить к земляным работам не могут. При такой погоде они не только инструменты переломают, но из-за недостатка зимней одежды, заболеют. Поэтому, колонисты просят отложить работы до более благоприятных погодных условий, но, при этом, выдать на пропитание некоторое количество муки. Колонисты готовы дать письменные обязательства, отработать эту сумму своими трудами на рытье вала.
При обсуждении в Канторе этой проблемы согласились, что из-за сильных морозов создавать вал вокруг поселения они не в состоянии. Объяснения колонистов можно признать обоснованными. И хорошо известно, какому разорению подверглись колонии киргизами в 1774 г., а в прошлом году много хлеба было поедено сусликами, и по другим причинам случился недород. Поэтому по представлению поручика Вейца разрешили выдать желающим участвовать в земляных работах по два четверика муки с тем условием, чтобы они и общества тех колоний, которым они принадлежат, дали от себя письменные обязательства, что выдаваемое количество муки они отработают. Если кто из них «в слове своем не устоит», чтобы все общество за него ответило. Польскому подполковнику Гогелю послать указ и велеть, получив через поручика Вейца такие обязательства, выдать из Катариненштадтского магазина муку на один месяц. А когда приступят к земляным работам и получат за выполнения от смотрителя данной работы подпоручика Кацарева ассигнации для отпуска муки, обязательно вычесть полученное ныне продовольствие.

Поручик Рейфшнейдер сообщает, что зимой большая дорога лежит по Волге, отчего его колонии не только квартированием, но и разными другими проблемами бывают отягощены. К тому же, находящиеся на Еруслане малороссияне у колонистов не только заготовленные дрова, но и сено крадут, колонистов прогоняют и бьют. Для обеспечения защиты колонистов находящихся вдоль Волги колоний просит к имеющимся в команде ста трем фузелерам дополнительно командировать к нему девять человек.
Кантора пояснила, что зима закончится и дороги не будет, а дополнительные 10-12 человек размещенные по разным колониям, из-за малого числа, помощи никакой не окажут. В просьбе Рейфшнейдеру отказать и велеть довольствоваться состоящей у него казачьей командой.

Шульц колонии Люцерн Иоганн Михаель Ремлер просит разрешить колонисту вдовцу Флаху, на девке Маргарете Бишоф из колонии Золоторун жениться. Кантора разрешила.

Форштегер колонии Поповка Филипп Нейманн просит разрешить сыну колониста Антон Шмидта, Иоганну Людвигу жениться на дочери колониста Людвига Орсулета, Катерине. Кантора разрешила.

Форштегер колонии Березовка Паулус Буш, по согласованию с поручиком Манжиным, просит разрешить холостому, от общества признанному к хлебопашеству способным, колонисту Конраду Максу на вдове Марии Маргарите Вестфале с принятием как ее, так и ее умершего ее мужа, казенных долгов на свои счет, жениться. При разборе 1775 г. показан у своего отца, колониста Франца Макса, холостым, у которого, кроме его, имеется сын девятнадцати лет. Он и отец его записан к хлебопашеству способными. Имеет дом со всеми пристройками, скот и все сельскохозяйственные орудия. По мнению господина статского советника Лодыжинскаго против имени его отмечено «для одного работника дать еще пару лошадей и все земледельческие орудия, телегу с упряжью и участок земли». Вдовы муж, Иозеф Вестфале, при разборе написан к хлебопашеству способным, имеющим дом с пристройками и сельскохозяйственные орудия. Кантора разрешила Конраду Максу на вдове со взятием на свой счет ее и умершего мужа казенных долгов, жениться и дать повенечное письмо. А назначенную во время разбора при отце его ссуду лошадьми и прочим отметить, так как в этой ссуде надобности уже нет.

Форштегер колонии Памятная Иоганн Гартманн, по согласованию с подпоручиком Шенне, просит разрешить пасынку колониста Иоганна Шнейдера, Петеру Фишеру на оставшейся после умершего колониста Каменного Оврага Иоганна Бернгардта вдове Анне Марии жениться и вступить в ее домоводство. Петер Фишер при разборе 1775 г. записан у отчима, холостым. Кроме его, у Шнейдера имеются два сына да еще один пасынок. Вдовы Бернгардт муж показан к хлебопашеству способным, при нем его жена, сын и три малолетние дочери, имеются дом с пристройками, скот и сельскохозяйственные инструменты. Кантора разрешила колонисту Фишеру на вдове Бернгардт жениться со взятием на свой счет казенных долгов ее и ее умершего мужа.

Форштегер колонии Копенки Иоганн Георг Дреер, просит: 1-е, разрешить колонисту вдовцу Маттиусу Эртелю на дочери колониста Маурера, Марианне из Памятной, жениться. 2-е,разрешить старшему сыну колониста из Верховья Якоба Кремера, Якобу на вдове Анне Эммерлинг из Копенки, жениться и состоящие, как на муже, так и на отце ее, казенные долги принять на свой счет. Во время разбора 1775 г. Якоб показан в колонии Верховье у отца, двадцати пяти лет, холост, у которого, кроме его, имеются три сына: пяти, трех и полгода. Две дочери: семнадцати, семи с половиною лет. Два пасынка: восемнадцати и шестнадцати лет. Вдовы муж написан был у тестя своего колонии Копенки колониста Михаеля Фуса. Тесть его к хлебопашеству способен, имеет дом с пристройками, скот и сельскохозяйственные орудия. Кантора в обоих случаях разрешение дала.

Форштегер Колони Вершинка Фридрих Лем просит разрешить пасынку колониста Валентина Трауба Иоганну Конраду Кнаубу жениться на дочери колониста Симона Мейера девке Марии Елизабете и остаться при домоводстве отчима. Кантора согласие дала.

Неспособный к хлебопашеству колонист Иоганнес Эленбергер из колонии Привальная просить выдать паспорт для проживания в колонии Лесной Карамыш, где будет заниматься «производством набойного мастерства» и платить, по возможности, в счет погашения казенного долга. Кантора разрешение дала.

Шульц колонии Люцерна Ремлер, по согласованию с капитаном Вильгельми, просит разрешить колонисту вдовцу Георгу на дочери колониста Филиппа Вернер девке Катерине жениться. Кантора разрешила.

Форштегер колонии Раскаты Стефан Тоблер, с подписями двух бейзицеров и всех жителей колонии, по согласованию с поручика Вейцем, сообщает, что присланный из Канторы приказ о рытье около колонии Тонкошуровки вала в колонии публикован и колонисты к этой работе были уже готовы. Но многие семьи охватила болезнь. Один ребенок и две бабы уже умерли. Списки больных и умерших прилагается. Необходима срочная помощь. Контора приказала поручику Вейцу выяснить, какая болезнь охватила жителей колонии Раскаты и выслать от общества подводу, чтобы отправить подлекаря с необходимым количеством лекарств.

Фоштегер колонии Грязноватка Иоганнес Грош, по согласованию с подпоручиком Шенне, просит разрешить пасынку колониста Якоба Фоса Иоганну Георгу Рольгейзеру жениться на оставшейся после смерти колониста Конрада Шмидта из Каменки вдове Маргарете Елизабете и домоводство ее, и казенные долги принять на свой счет. При разборе 1775 года Рольгейзер показан у Фоса пасынком, у которого, кроме его, сын пяти, дочери тринадцати и шести лет, пасынок семнадцати лет. У вдовы Шмидт муж записан к хлебопашеству способным. Имеет дом с пристройками, скот и сельскохозяйственные инструменты. От казны он получил триста пятьдесят семь рублей, на пропитание муки пятнадцать четвертей, семь с половиной четвериков, а сверх того, семена. Кантора разрешила колонисту Рольгейзер жениться на вдове Шмидт и дать повенечное письмо, состоящие на первом ее муже казенные долги поставить на его счет.

Аватара пользователя
Diana
Постоянный участник
Сообщения: 281
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 10:26
Благодарил (а): 1246 раз
Поблагодарили: 1150 раз

Re: Страницы истории 1776 года

Сообщение Diana » 25 ноя 2012, 14:22

Рудольф писал(а):Этим сообщением я открываю страницу, где будет приводиться информация из протоколов Конторы опекунства иностранных о жизни колоний в 1776 году. Первоначальный текст будет обработан и будет более-менее читабелен по сравнению с первоисточником. Информация будет выставляться постепенно и не обязательно в хронологическом порядке.


Уважаемый Рудольф!
Я всегда с нетерпением жду новостей в этой теме, но что-то она давно не обновлялась.
Может быть, Вы сделаете нам маленький подарок к Рождеству и Новому году и опубликуете тут ещё несколько сообщений?
С уважением, Светлана.

Рудольф
Постоянный участник
Сообщения: 1056
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 18:25
Благодарил (а): 41 раз
Поблагодарили: 4239 раз

Re: Страницы истории 1776 года

Сообщение Рудольф » 25 ноя 2012, 17:14

Светлана, учту Вашу просьбу и в начале декабря выставлю новые материлы.

Рудольф
Постоянный участник
Сообщения: 1056
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 18:25
Благодарил (а): 41 раз
Поблагодарили: 4239 раз

Re: Страницы истории 1776 года

Сообщение Рудольф » 25 ноя 2012, 20:35

Эти два дня досрочно. В декабре будет еще.

3 февраля

Подпорутчик Шенне сообщает, что форштегеры колоний Копенки Иоган Георг Дреер, Верховья Николаус Нунгессер и Починной Филипп Михаелис, при должностях оставаться не желают. Первые два, потому что взрослых детей не имеют, хозяйство одновременно с должностью вести не могут и грамоте не обучены. А третий, из-за длительной болезни. Кантора приказала выбрать новых «сеи должности способных и неподозрительных», и представить на утверждение в Кантору.

По свидетельству поручика Иванова, форштегеры Нейманн из колонии Поповка и Эрбес из колонии Гололобовка работать на своих должностях не в состоянии и просит выбрать других. Кантора дала согласие выбрать новых, которые «лета и поведени и протчие обстоятелства сходствовали предписанию, присланнои из канцеляри опекунства иностранных» и прислать на утверждение.

Форштегер колонии Гречишной Луки Иоганн Вендель Гиль сообщает, что в должности находится три года. Свое кузнечное мастерство и хозяйство содержать уже не в состоянии. Просит разрешение вновь выбранному всем обществом колонисту Георгу Бортоломеу быть форштегером. Протокол об избрании, всем обществом он представил. Кантора послала указ секунд-майору Козловскому, в котором велела обществу колонии объявить, что Кантора их выбор рассмотрит с тем, чтобы выбранный форштегер при смене принял от старого письменные дела и прочие по описи, а так же сиротские и общие деньги.

Колонист Фридрих Кальманн из Липова Кута, позументный ткач, просит выдать паспорт в Москву для работы по своей специальности. При разборе 1775 года в ведомостях данной колонии он не указан и в присланных секунд-майором Пилем ведомостях о количестве казенных долгов колонистов Липова Кута пропущен. Кантора велела Пилю у общества данной колонии узнать способен ли к хлебопашеству Кальманн, на каком транспорте в колонию прибыл, не получал ли он наряду с остальными колонистами кормовых и ссудных денег и если да, то в каком количестве. Об этом Кантору немедленно проинформировать.

4 февраля

Секунд-майор Пиля сообщает, что обществом колонии Красный Яр на место форштегера Крауша в форштегеры выбран Себастьян Кремер. Крауш просил Кантору освободить его от должности. 30 января было предписано Пилю объявить обществу Красного Яра выбрать нового форштегера, который годами, поведением и прочими обстоятельствами соответствовал требованиям к данной должности. Но вновь выбранному форштегеру Кремеру только 28 лет. Кантора приказала Пилю, что возраст вновь выбранного форштегера Кремера не соответствует инструкции Канцелярии и поэтому, обществу надо выбрать другого форштегера. И на будущее быть осмотрительнее в выборе форштегеров, чтобы они во всем соответствовали инструкции.

Форштегер колони Грязнуха Луфта, по согласованию с поручиком Протопоповым, сообщает, что у колониста Иоганна Конрада Крафта 15 ноября 1775 г. умерла жена Катерина Елизабета, и он, без жены, хозяйство вести не в состоянии. Крафт просит разрешить ему на девке Анне Катарине, дочери Иоганна Георга Штейна жениться. Кантора разрешила и выдала повенчанное письмо.

Пастор лютеранского закона Готтлиб Май просит выдать ему заслуженную сентябрьскую 1775 года треть жалованья. Кантора распорядилась выдать этому пастору за показанную сентябрьскую треть жалованья на основании общего положения о выдаче жалованья пасторам и патерам.

Форштегер колонии Гололобовка Иоганн Генрих Эрбеса, по согласованию с поручиком Ивановым, просит разрешить восемнадцатилетнему сыну колониста Андреаса Гомера, Иоганну Михаелю хозяйство и казенные долги отца принять на свой счет и жениться на дочери Конрада Миллера из колонии Лесной Карамыш девке Марии Елизабете. При разборе 1775 года Иоганн Михаель показан при отце, которому шестьдесят один год, к хлебопашеству способным, дом с пристройками, скот и сельскохозяйственные орудия имеет. Казенного долгу на нем значится деньгами 274 руб. 17 коп., муки тринадцать четвертей и три четверика, разного семенного хлеба шесть четвертей. Девка Мария Елизабета из колонии Лесной Карамыш уволена. Кантора разрешила Иоганну Гомеру на этой девке жениться и велела дать повенченное письмо, а состоящий на отце казенные долги поставить на общий с отцом счет.

Признанный при разборе 1775 г. к хлебопашеству неспособный колонист Андреас Петерсон из Медведицкого Крестового Буерака просит отпустить его с паспортом для проживания в Санкт-Петербург. Кантора согласие дала, при условии, что колонист Петерсон по приезду в Санкт-Петербург сразу явился в Канцелярию опекунства иностранных.

Форштегер колонии Гречишная Лука Иоганн Вендель Гиль сообщает, что необходимое для починки сельскохозяйственных орудий железо, колонисты нигде не могут купить и просит отпустить ему за наличные деньги 14 пудов железа из казенного магазина. Кантора приказала Гилю 14 пудов железа по цене 56,5 копеек за пуд, из состоящего в ведомстве поручика Пыженкова магазина, отпустить с распиской, а приняв деньги, казначею поручику Штихеусу, записать в приход.

Выслушав заявление поселенцев реформатского закона, находящихся в округах капитана Вильгельми и польского подполковника Гогеля, которые пишут о большой любви и доверии к приезжавшему к ним пастору Гервиху, и просят о разрешении этого пастора взять к себе. Они так же пишут, что на луговой стороне немалое число имеется колонистов реформатского закона, а пастора у них нет. А находящиеся в колониях Норке и Сплавнухе реформатского закона поселенцы могут духовные потребности удовлетворить пастором Янетом, состоящим при колониях Усть-Золихе. Луговые же колонисты, если к ним не определить специального пастыря, должны нередко ездить за более чем сто верст. Пастор Гервих объявил, если Кантора прошение означенных поселенцев рассмотрит, то он согласен к ним перейти. Кантора приказала означенному пастору Гервиху, оставить приход в Норке и Сплавнухе, и перейти на луговую сторону в состоящие под управление капитана Вилгельми и подполковника Гогеля колонии. Что касается колонии проживания, то поручить Гогелю и Вильгельми подыскать для Гервиха два порожних дома: один для проживания, а другой – «для исполнения божеской службы». Исправление церковных треб Гервиха в колониях Норке и Сплавнухе препоручить, до определения и присылки запрошенного от Канцелярии опекунства иностранных реформатскаго закона пастора, пастору Янету. Велеть пастору Гервиху имевшиеся у него принадлежащие церкви вещи и сосуды отдать Янету по описи. Пасторам на немецком диалекте послать указ и о том написать определение.

Рудольф
Постоянный участник
Сообщения: 1056
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 18:25
Благодарил (а): 41 раз
Поблагодарили: 4239 раз

Re: Страницы истории 1776 года

Сообщение Рудольф » 23 дек 2012, 11:32

5 февраля
Поручик Вейц просит разрешить вдовцу Клаусу Гису из колонии Степная, на оставшейся после умершего Зейберта из колонии Привальная вдове Марии Елизабете, жениться и казенные долги принять на свой счет. По имеющейся информации колонист Гис показан к хлебопашеству способным, дом с пристройками, скот и сельскохозяйственные орудия имеет. Умерший муж вдовы Зейберт тоже показан был к хлебопашеству способным, у него помимо жена есть сыновья: девятнадцати, десяти и двух с четвертью годов, дом с пристройками, скот и сельскохозяйственные орудия. Домоводство и казенные долги берет на себя девятнадцатилетний сын. Кантора разрешила колонисту Гису на вдове Зейберт жениться и дать повенечное письмо. Употребленные собственно на нее кормовые деньги поставить на счет Гиса.

Поручик Рейфшнейдер представил два заявления от форштегеров колоний Нижняя Добринка и Верхняя Добринка об освобождении их от должностей и разрешении обществам на их места выбрать других. Форштегер Нижней Добринки Абраам Губер, хотя домоводство имеет исправное, но все равно, для его поддержания, оставаться в должности не может. Форштегер Верхней Добринки Михель Волет из-за старости и слабого здоровья быть в должности больше не может. Кантора приказала Рейфшнейдеру провести в колониях выборы новых форштегеров.

Вдова Шарлоты Бергштейн из колонии Липовка, сообщает, что после смерти мужа «пропитать себя в колонии не в состоянии» и просит разрешить ей уехать в Москву, где подыскав себе место работы, надеется из заработанных денег свои казенные долги выплатить. По справке оказалось, что при разборе 1775 г. она в ведомостях не показана, а по спискам Канторы, хотя они с мужем и были поселены в колони Липовка, но никакого домоводства не имели, а жители и работали в городе Саратове. В 1768 году по канторскому повелению, для погашения имеющихся на них долгов отданы в карательный дом(В регламенте главному магистрату (1721) Пётр I определил учредить смирительные дома для «содержания в постоянной работе людей непотребного и невоздержного жития»), где ее муж 9 февраля 1775 г. умер. От казны они получили кормовых 140 руб. 50 коп., ссудных 162 руб., пшеницы, овса и муки по одной четверти. Вдова, в счет погашения долга обязуется ежегодно выплачивать по четыре рубля. Кантора приказала вдову по ее желанию в Москву с паспортом отпустить.


Форштегер колонии Голый Карамыш Филипп Циг, по согласованию с поручиком Ивановым, просит разрешить вдовцу Генриху Гефту на падчерице колониста Гартмана Киндсфатера из колонии Олешня девке Елизабете Гег жениться. Кантора разрешила и велела выдать повенечное письмо.
От общества колони Хайсоль поступило письмо, что форштегер Николаус Боллих за-за болезни от должности отказался, а поэтому был выбран на его место к этой должности способный Якоб Гаас, что и подтвердил вызывательский поверенный поручик Вейц. Кантора сообщила Вейцу, что нового форштегера Кантора посмотрит в деле, а пока велеть вновь выбранному форштегеру Гаасу от прежнего все письменные дела, а так же сиротские и общественные деньги принять по описи с распиской.

Форштегер колонии Казицкая Симон Шмидт, по согласованию с поручиком Манжиным, просит разрешить восемнадцатилетнему сыну колониста Иоганнеса Шрейбера, Балтазару (казенные долги отца, который из-за глубокой его старости хозяйство вести более не в состоянии, приемлет на свой счет) на оставшейся после умершего колониста Иоганеса Бонекера тридцатипятилетней вдове Елизабете жениться и ее казенные долги принять на свои же счет. При разборе 1775 г. Балтазар показан у отца своего к хлебопашеству способным, дом с пристройками, скот, сельскохозяйственные орудия имеет. У вдовы Елизабеты муж написан был к хлебопашеству способным же и дом с пристройками, скот и сельскохозяйственные орудия имеет. После смерти мужа, она дом с конюшней и двух лошадей отдала обществу. От казны же они получили: отец упомянутого жениха деньгами 166 руб. 78 коп., на пропитание муки тридцать четыре четверти шесть четвериков, сверх того семена, скот и сельскохозяйственные орудия. Кантора отказала Балтазару Шрайберу на вдове Елизабете Бонекер жениться из его молодости, по сравнению с вдовой, и велела подыскать себе в невесты девку не имеющую долгов. А вдове в женихи подыскать холостого, но не отягощенного большими долгами. Манжину, в подобных случаях прилагать старания и заявлений без внимательного изучения не подписывать. А так же прислать объяснения, почему дом и лошади, без разрешения Канторы у вдовы были отобраны и у кого сейчас находятся.

По справке полученной из колонии Луговая Грязнуха, об иностранце Адлере, который просит отпустить его в Москву, оказалось что при разборе 1775 г. в ведомостях не показан, а в списках долгов по данной колонии пропущен. Секунд-майор Пиль на посланной к нему из Канторы указ рапортует, что помянутый Адлер в колонию Луговая Грязнуха поселен в 1768 г. и в том же году из-за неспособностью к хлебопашеству был отпущен в Саратов. Ссудных денег не получил и домоводства в той колонии не имел. За все время получил только кормовых 25 руб. 20 коп. Адлер обязался в уплату казенного долга ежегодно в казну взносить по 5 руб., а когда состояние свое поправит, то и более. Кантора приказала приписать Адлера к неспособным колонистам и разрешить уехать с паспортом в Москву.

По справке полученной из колонии Луговая Грязнуха о вдове Анне Регине Гибнер, которая просит отпустить ее с паспортом в Москву, оказалось, что при разборе 1775 г. ведомостях не показана и в списках долгов по данной колонии пропущена. Секунд-майор Пиль на посланный из Канторы указ сообщает, что вдовы Гибнер муж в Саратов прибыл в 1767 г. и домоводства в той колонии не имел, а за неспособностью к хлебопашеству с самого прибытия находился в городе Саратове при своем мастерстве, ссудных же денег Гибнер и его жена не получали, а получили оба за все время кормовых денег 54 руб. 60 коп. Вдова обязуется вносить ежегодно по 3 руб. а когда состояние свое поправит, то и более. Кантора приказала приписать вдову Гибнер к неспособным колонистам и в Москву выезд разрешить.

По заявлению колониста Иогана Дипольда из Яблоновки, по согласованию с форштегером, двумя бейзицерами и поручиком Манжиным, просит об увольнении его с женой в Астрахань, где он кирпичным своим мастерством содержать себя намерен и обязывается в уплату казенных долгов ежегодно «по нескольку платить». По справке полученной из колонии оказалось, Что при разборе 1775 г. Дипольд показан от роду 39 лет, у него жена 32 лет, имел казенные дом, конюшню и амбар. Кирпичник, имеет только одну руку, «намерен в Астрахане от своего мастерства пропитание иметь». Поведения записан хорошего, но в примечании господина статского советника Лодыжинского о Дипольде записано «в уплате долгов не надежен, ибо ходит с женою по миру», почему и предается на рассмотрение Канцелярии опекунства иностранных. Канцелярией напротив его имени отмечено, отпустить с паспортом по желанию.
От казны, по заявлению самого Дипольда, получил деньгами 200 руб. 58 коп., на пропитание муки восемь четвертей четыре четверика, разного семенного хлеба десять четвертей, две лошади, корову и сельскохозяйственные орудия. А насколько это подлинные данные пока подтвердить никто не может. В реестре колонистских долгов по нему сведений нет. По заявлению форштегера и бейзицеров отобранные у Дипольда, в 1769 г. лошади и прочие принадлежащие к домоводству вещи купили показанные в реестре колонисты на 29 руб. 19 коп. А у кого вырученные деньги на руках имеются, то это не показано. К тому же, кому имеющейся у него дом с пристройками отдан и в какую цену оценен, не записано. Дипольд обязуется ежегодно платить по 3 руб. Кантора разрешила этому колонисту с женой уехать на заработки в Астрахань. Все долги выставить на его счет, а в случае, ели Дипольд будет палтить не в состоянии, обязанности погашения долга возложить на общество колонии.

Рудольф
Постоянный участник
Сообщения: 1056
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 18:25
Благодарил (а): 41 раз
Поблагодарили: 4239 раз

Re: Страницы истории 1776 года

Сообщение Рудольф » 23 дек 2012, 20:09

Как и обещал, к Рождеству выставляю новые фрагменты из жизни колонистов 1776 г. Всех форумчан поздравляю с Рождеством Христовым и Новым 2013 Годом. Успехов и процветания, новых находок и неожиданных, но обязательно приятных, открытий.

6 февраля

Поручик Рейфшнейдера представил два списка колонистов от колоний Усть-Кулалинка и Нижняя Добринка, которые сами себя пропитать намерены, но хлеба не имеют, а желают работать на рытье вала, но с тем, чтоб каждому шуба, кафтан, шапка и онучи(портянки) в колонию присланы были. Рейфшнейдер их уверил, что если они действительно имеют нужду в одежде и в чем-то другом, то все это будет выдано им в Саратове. Но только они ничего не ответили. По мнению Рейфшнейдера, не работа, а одежда им нужна, которую могут продать и проесть. Кантора велела всем желающим прибыть на земляные работы в Саратов. Нужное себе одеяние и обувь из заработываемых ими денег можно купить. Из Верхней Кулалинки прибыли 5 колонистов, которым, в связи с холодами были куплены от Канторы по шубе, а некоторым по онучам и рукавицам в счет будущей работы. Но пробыв на работе самое малое время, 31 января бежали. Приказали поручику Рейфшнейдеру немедленно выслать этих колонистов назад в Саратов на работы и пояснить при том, что «такое ослушание и леность их и обман отвращает кантору от делания таковым одеждою помощи».

Капитан Милюков сообщает, что проживавший в Саратове колонии Поповкина колонист Георг Блюменквист, женившейся в 1774 г., с позволения Канторы на оставшейся после смерти записанного в цех сапожника Конрада вдове, 1 февраля, волей божьей, умер. Приказали против имени оного колониста Блюменквиста в списке отметить, что он умер, а оставшуюся после его жену с детьми приписать в список городских жители с отметкою.

Колонисты Генрих Гердт и Якоб Буш из Голого Карамыша сообщают, что они купили у общества серебро на 58 руб., которое Канторой у них было отобрано и указом велено обществу вернуть двум колонистам деньги обратно. Но Гердт и Буш получили от общества только 11 руб. 18 коп. А остальную сумму общество возвращать не собирается. Эти два колониста просят у Канторы помощи. Кантора подтвердила свой указ. Если деньги не будут возвращены колонистам немедленно, то общество все равно заставят выплатить, но уже с процентами.

Форштегер колонии Голый Карамыш Филипп Циг просит разрешения сыну колониста Адам Генриха, Адаму жениться на девке колониста Норки Фридриха Коха Катарине и приняв отца своего долг на свой счет, вступить в хозяйство. По справке оказалось, что при разборе 1775 г. Адам Генрих написан при отце своем девятнадцати лет, у которого, кроме его, имеется дочь семи лет. Отец показан к хлебопашеству способным, сорока двух лет, жена сорока пяти лет, дом со всеми пристройками, скот и все сельскохозяйственные орудия имеет. От казны он получил деньгами 171руб. 82 коп., на пропитание муки 19 четвертей 2 четверика, на посев разного семенного хлеба 8 четвертей 2 четверика, две лошади, корову, конскую упряж и хлебопашенные приборы. Кантора разрешила Адаму на упомянутой девке жениться разрешила дать повенечное письмо, а состоящий на его отце казенный дом поставить на его счет.

Тот же форштегер Цига просит разрешить двадцатилетнему сыну колониста Георга Фрикеля, Конраду на оставшейся после умершего колониста Эгнера двадцатилетней дочери Анне Елизабете жениться и вступить в домоводство ее отца. По справке при разборе Конрад показан у своего отца к хлебопашеству способным, у которого, кроме его, имеются сын шестнадцати, две дочери, четырнадцати и семи лет. Невеста написана у отца своего Эгнера, у коего имеются еще два сына, двенадцати и семи лет. Так же дом со всеми пристроиками и все хлебопашенные инструменты. От казны Эгнер получил деньгами 254 руб., муки на пропитание 24 четверти, на посев разного семенного хлеба 9 четвертей 3 четверика. Кантора разрешила Конраду Фрикелю на девке Анне Елизабете жениться и в оставшееся от ее отца домоводство вступить. Долги ее отца поставить на общий счет Конрада и его шуринов.

Колонист Николаус Фиш из Хайсоль просит разрешить на оставшейся после умершего колониста Германа Мертца вдове Барбаре жениться и казенные долги принять на свои счет. По справке при разбое 1775 г. Николаус Фиш показан к хлебопашеству способным, тридцати шести лет, вдов, у него сын девяти, дочь девятнадцати лет, дом с пристройками, скот и все хлебопашенные инструменты имеет. Вдова Мертц к хлебопашеству способна, двадцати восьми лет, у нее дочери восьми, семи и трех лет, дом с пристройками, лошадь, корова и все хлебопашенные инструменты имеет. По рапорту Фиш и вдовы умерший муж Герман Мертц от казны получили: Фиш деньгами 402 руб. 60 коп., на пропитание муки 55 четвертей 6 четвериков, на посев разного семенного хлеба 34 четверти 6 четвериков, 3 лошади и хлебопашенные приборы; Мертц деньгами 357 руб. 80 коп., на пропитание 9 четвертей, на посев семенного хлеба 25 четвертей 5 четвериков, 3 лошади и хлебопашенныя приборы. Кантора к вызывательскому поверенному поручику Вейцу послала указ, в котором колонисту Фишу в женитьбе на вдове Мертц отказать, так как с обоих сторон сойдутся «великие деньги» казенного долга. Разрешить, как ему невесту, так и ее жениха сыскивать холостых. Или не найдет ли Николаус Фиш своей дочери жениха из холостых, которое бы его хозяйство и состоящие на нем казенные долги принял на себя.

В Канторе прошли торги на поставку семенного хлеба, а именно: пшеницы 656 четвертей 4 четверика 3 гарнца с половиною, ячменя 288 четвертей, овса 1044 четверти 1 четверик. На торги явился Якоб Кин, поставляя цену только за пшеницу по 2 руб. 16 коп., от торгу отказался с тем, что более торговаться не желает. Денгоф требуя за пшеницу по 2 руб. 15 коп., за овес 1руб. 15 коп., за ячмень по 1 руб. 47,5 коп., и поставит зерно в колонистские округа по расписанию Канторы, не требуя от казны предоплаты. Иоганн Лебрехт просил туже цену, что и Денгоф, а далее торговаться отказался. Поставка зерна только в Саратовские магазины(склады). Отставной поручик Михаил Коракозов объявил о готовности поставить овес по 1 руб.15 коп. и только в Саратовские магазины. Рассуждая над предложениями, пришли к выводу, что если доставлять зерно казенным коштом,то оно будет дороже у всех, кроме Денгофа. Если отправлять на колонистских подводах, то есть опасность что колонисты, получив хлеб, могут часть его здесь или в пути распродать или лошадям на корм или себе в пищу употребить, так как за всеми колонистами во время развоза того хлеба усмотреть не представляется возможным. Поэтому приняли решение поставки семенного хлеба отдать Денгофу по последней просимой им цене с доставкой по округам.

8 февраля

Польский подполковник Гогель сообщает о явившейся в Кантору девке Маргарете Гесслих. Общество колонии Обермонжу, колонист Гиндлер ему сообщили, что Маргарета Гесслих прибыла сиротой в семье Гиндлера в 1764 г.(?) в транспорте капитана Дитмара. Когда и куда она из колонии отлучилась, никто не помнит. Из казенных долгов она имеет только 58 руб. 41 коп. кормовых и ничего из казны не получала. Кантора ставит казенный долг на ее счет и вносит в список не явившихся при разборе колонистов. Если она будет искать место для работы и паспорт, то об этом в Кантору сообщить дополнительно.

Порутчик Иванов сообщает, что ведомства его колонии Норки жители подписками обязались необходимый к посеву семенной хлеб иметь «под их смотрением в сохранности». Но он сомневается, как бы некоторые по легкомыслию своему не распродали или на пропитание смололи семенной хлеб, и просит разрешения имеющийся у поселенцев семенной хлеб описать и, запечатав, отдать в смотрение форштегера и беизицеров. Форштегер Бауер сообщил, что общество колонии Норка выступает против предложения Иванова по сбору и сбережению семян. Достаточно изъять и хранить семена только ненадежных колонистов. А остальным надо доверять. Кантора еще раз подтвердила свой указ Иванову и обществу, чтобы колонисты на казенную помощь при посеве больше не надеялись. Если произойдет потеря зерна «доведут себя до того, что и впредь им ни доверенности, ни пищи от высокой короны не будет».

Холостой колонист Теляузы Андреас Фишер, по согласованию с секунд-майором Пилем, просит разрешить ему жениться на вдове, оставшейся после смерти Мартина Крафта из колонии Усть-Караман. Желает вступить в ее домоводство с принятием состоящих на ней казенных долгов на свои счет. По справке разбора 1775 г. Фишер показан у отца своего колонии Теляузы колониста Христофа Фишера к хлебопашеству способного, двадцати пяти лет, холостой, у которого, кроме его, имеются сын двадцати одного, дочь девятнадцати, приемыш двенадцати лет. Вдовы Крафт муж написан в колони Усть-Карамане к хлебопашеству способным, у них сыновья четырех, одного, дочери четырнадцати, семи и трех лет. Имеется дом с пристройками, скот, хлебопашенные инструменты. От казны муж Крафт от казны получил деньгами 335 руб. 32 коп., на пропитание муки 14 четвертей 7,5 четвериков, на посев разного хлеба семян 13 четвертей. Кантора разрешила колонисту Фишеру на вдове жениться и долги первого ее мужа Крафта поставить на его, Фишера, счет.

Вдовец из колонии Обермонжу Иоганнес Деханта, по согласованию с подполковником Гогелем, просит разрешить на девке Анне Барбаре Менер из колонии Цуг жениться, так как один домоводство свое вести не в состоянии. Его жена 26 октября 1775 г. умерла. По справке при разборе 1775 г. Дехант показан к хлебопашеству способным, дом, хлебопашенные приборы и скот имеет. Девка при том разборе написана неспособной к хлебопашеству, сиротой живет в колони Цуг у колониста Эриха, поведения хорошего, сколько она из казны получила, о том неизвестно. Кантора брак разрешила. А о состоящих на ее родителях и на ней долгах, выяснить дополнительно.

selena
Постоянный участник
Сообщения: 1002
Зарегистрирован: 22 сен 2011, 02:03
Благодарил (а): 2619 раз
Поблагодарили: 2277 раз

Re: Страницы истории 1776 года

Сообщение selena » 23 дек 2012, 20:38

И Вас с наступающими праздниками,всех благ, спасибо за обещанный подарок и добрые слова! Ваши пожелания нам непременно сбудутся, если будете помещать свои сообщения чаще. Не ждите следующего Рождества, есть много других прекрасных праздников в году, а мы Вам так искренне будем благодарны, что что-нибудь хорошее обязательно произойдёт и у Вас! Добро идёт по кругу! Замечательных Вам праздников!

Рудольф
Постоянный участник
Сообщения: 1056
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 18:25
Благодарил (а): 41 раз
Поблагодарили: 4239 раз

Re: Страницы истории 1776 года

Сообщение Рудольф » 26 дек 2012, 06:55

9 февраля

Межевщик поручик Ребиндер сообщает, что в соответствии с канторским указом он ездил в колонию Привальную, спроектировал вал и «назначил и разбил работу». Только на работу никто из колонистов не явился. Кантора послала указ поручику Манжину, чтобы он приложил усилия по привлечению колонистов своей дистанции к работе по сооружению вала.

Поручик Пыженков сообщает, что для работ на саратовском городском вале и некоторых других колониях, местными кузнецами сделаны железные инструменты, а именно: Степаном Четвериковым 8 ломов, 20 кирок, 5 топоров, 25 лопат; Дмитрием Кузнецовым 4 лома четыре, 18 лопат, 11 кирок, 3 топора; Федором Посниковым 8 ломов, 16 кирок, 61 лопата, 7 топоров; Иваном Козиным 5 ломов, 23 кирки, 53 лопаты, 8 топоров. На изготовление инструментов использовано 72 пуда 8 фунтов железа. За работу кузнецам заплачено 38 руб. 88 коп.

Тот же поручик Пыженков сообщает, 1-е, что в силу данного ему из Канторы указа, из имеющегося в его ведомстве казенного железа отпущено взаимообразно колонисту Иоганну Адаму Гильтманну из Поповки 11 пудов 38 фунтов. Кантора приказала поручику Протопопову постараться как можно быстрее с колониста Гильтмана за железо взыскать деньги по цене 56 коп. за пуд, а деньги представить в Кантору. 2-е, отпущено форштегеру колонии Гречишная Лука Иоганну Венделю Гилю 14 пудов. Деньги от Гиля получены.

Порутчик Рейфшнейдер соообщает, что отобранные у неспособных к хлебопашеству колонистов, а именно, у Андреаса Франка ржи 6 четвериков, пшеницы 1 четверть 6 четвериков, у Каспара Гибнера ржи 6 четвериков, пшеницы 1 четверть, находится у него на сохранении.

Форштегер колонии Севастьяновка Адам Альбрехт, по согласованию с поручиком Ивановым, сообщает, что находясь в должности, свое домоводство содержать в надлежащим порядке не в состоянии. К тому же, он плохо читает и пишет. Поэтому просит освободить его от форштегерской должности. Кантора велела поручику Иванову узнать позицию общества колонии, и если оно согласно, то на место Альбрехта выбрать другого форштегера, который годами, поведением и прочими качествами соответствовал предписанию, присланному из Канцелярии опекунства иностранных вместо внутренней инструкции. О результатах выборов сообщить в Кантору.

Форштегер колонии Гнилушка Ламберт, по согласованию с поручиком Протопоповым, просит разрешить холостому колонисту Иоганну Адаму Штегману (отец которого шесть недель назад умер, а его мать не желая больше вступить в брак, отдает ему свое домоводство) девке Марианне (фамилия не известна) жениться, а домоводство принять на свои счет. По справке Штехманн показан при отце своем к хлебопашеству способным, дом со всеми приборами, скот и хлебопашенные инструменты имеет. Его отец получил деньгами 254 руб. 5 коп., на пропитание муки 17 четвертей 2 четверика, на посев разного семенного хлеба 13 четвертей 6 четвериков и 4 лошади. Кантора разрешение дала.

Форштегер колонии Липов Кут Иоганн Георг Куфельд, по согласованию с секунд-майором Пилем, просит разрешить колонисту вдовцу Самуелю Гольдманну на дочери Филиппа Вагнера, девке Анне Елизабете, жениться. Кантора разрешение дала.

Поручик Вейц сообщает, что колонист вдовец Иоганнес Орт из Хайсоля сговорил за себя вдову умершаго колониста Отроговки Филиппа Бургно Марию Маргарету и желает, как домоводство умершего Бургно, так и казенные долги, принять на свои счет. При том, намерен оба домоводства вести до тех пор, пока его старший сын Николаус «в состоянии будет жениться». Вейц просит узнать мнение Канторы. По справке, по результатом разбора 1775 г. Орт показан к хлебопашеству способным, вдов, у него три сына, один восемнадцати, другой девяти, третий трех, дочь пяти лет. Дом с пристройками, скот и хлебопашенные приборы имеет. Вдовы Бургно муж
написан тоже к хлебопашеству способным, у него сын восьми лет, дом с пристройками, скот и хлебопашенные приборы имел. От казны колонисты Орт и Бургно получили: Орт деньгами 402 руб. 60 коп., на пропитание муки 57 четвертей 2 четверика, на посев разного семенного хлеба 40 четвертей 3 четверика, 5 лошадей и сельскохозяйственные орудия; Бургно деньгами 312 руб. 70 коп., на пропитание муки 37 четвертей 7 четвериков, на посев разного семенного хлеба 33 четверти, 4 лошади и сельскохозяйственные орудия. Кантора считает обращение поручику Вейца «весма неоснователное и неосмотрителное», потому что одному Орту в случае приема им оставшегося после мужа вдовы Бургно хозяйства в двух разных колониях домоводство вести будет невозможно. При том, столь большие казенные долги соединить неудобно. Поэтому Орту в женитьбе на вдове Бургно отказать до тех пор, пока сын его не женится и будет в состоянии вести самостоятельно хозяйство. Посоветовать Орту подыскать себе в невесты девку и работать с сыном в одном хозяйстве. И вдове подыскать жениха холостого. Вейцу впредь поступать осмотрительнее и до Канторы, подобных этому, неосновательных заявлений не допускал, «ибо оные наносят единственно канторе излишние затруднении».

Форштегер колони Норка Иоганн Георг Бауер, по согласованию с поручиком Ивановым, просит разрешить уволенному из колонии Гололобовки колонисту Иоганнесу Дейнесу на падчерице Экгарта[Эбергарда] Аншбаха из Норки Катерине Марии Зорбергер жениться и вступить в домоводство Аншбаха. По справке при разборе 1775 г. желающий жениться колонист Дейнес показан в колонии Гололобовке у своего отца к хлебопашеству способным, двадцати лет, у которого, кроме его, имеются два сына, пяти и трех лет, две дочери, восемнадцати и шестнадцати лет, дом с пристройками, скот и хлебопашенные инструменты. Девка Зорбергер написана в колони Норка у колониста Ашбаха дочерью семнадцати лет, у которого, кроме ее, имеется дочь четырнадцати лет, дом с пристройками и хлебопашенные инструменты, отроду ему пятьдесят восемь лет. От казны Ашбах получил деньгами 156 руб. 20 коп., на пропитание муки 8 четвертей, на посев разного семенного хлеба 11 четвертей 2 четверика. Кантора разрешила колонисту Дейнесу на девке Зорбергер жениться, в домоводство Ашбаха вступить дозволить и дать повенченное письмо, а состоящие на Ашбахе казенные долги поставить на счет Дейнеса.

Форштегер колонии Поповкина Георг Леммерманн, по согласованию с поручиком Манжиным, просит разрешить колонисту вдовцу Христиану Дерфлеру на девке Марии Елизабете Вейландер жениться и состоящие на ней кормовые деньги принять на свои счет. По справке колонист Дерфлер при разборе 1775 г. показан к хлебопашеству способным, тридцати одного года, дом с пристройками, скот и хлебопашенные инструменты имеет. Девка Вейландер написана у отца своего Иоганна Вейландера в колонии Привольной девятнадцати лет, у которого, кроме ее, имеются сыновья, четырнадцати, семи и дочь четырех с половиною лет. Сколько на девке и отце ее казенного долгу состоит, из-за разграбления канторских дел и не присланными от поручика Манжина требуемых ведомостей состоящем на всех колонистах казенном долге, сейчас узнать нельзя. Кантора приказала Манжину необходимые ведомости о казенных долгах колонистов прислать. Дерфлеру разрешить на указанной девке жениться, ее кормовые деньги записать на его счет и выдать траушен.

Лютеранского закона пастор Альбаум просит о выдаче ему за сентябрьскую 1775 г. треть жалованья. Кантора разрешила пастору Альбауму заслуженное за показанную сентябрьскую треть жалованья выдать, вычтя в уплату состоящих на нем долгов колонистам Шнейдеру, Низбаху? и бывшему при Канторе вахмистру Гомолке по три рубля каждому, колонисту Шульцу двадцать рублей.

Ответить

Вернуться в «Страницы истории»