Поволжские немцы и Великая Отечественная война

Из истории поволжских немцев.
Аватара пользователя
Alex Brester
Модератор
Сообщения: 1460
Зарегистрирован: 04 янв 2011, 14:45
Благодарил (а): 775 раз
Поблагодарили: 2488 раз

Поволжские немцы и Великая Отечественная война

Сообщение Alex Brester » 19 фев 2011, 09:02

Темя для обсуждения и сбора информации о поволжских немцах, которым удалось участвовать в ВОВ в качестве солдат и офицеров.


Для поиска информации об участниках ВОВ рекомендуются следующие сайты.

База данных "Мемориал" о пропавших без вести и погибших во время ВОВ
Наши предки все-таки попадали на войну. В базе можно найти много выходцев из АССР НП, особенно, призванных до августа 1941.

Все награжденные в ВОВ
Бывало так, что немцев и награждали. В базе все -от имен и наград до приказов и наградных листов.

Один из самых авторитетных сайтов и форумов о ВОВ - солдат.ру
На форуме можно получить ответы о поиске периода ВОВ и много иной информации.

Вообще, о Великой Отечественной войне сайтов очень много.

Аватара пользователя
Константин
Постоянный участник
Сообщения: 7449
Зарегистрирован: 09 янв 2011, 19:45
Благодарил (а): 447 раз
Поблагодарили: 6716 раз

Поволжские немцы и Великая Отечественная война

Сообщение Константин » 13 дек 2018, 19:33

Номер записи 9257740
Фамилия Бетхер
Имя Генрих
Отчество Корнеевич
Воинское звание лейтенант
Причина выбытия погиб
Дата выбытия не позднее 15.10.1942
Название источника информации ЦАМО
Номер фонда источника информации 56
Номер описи источника информации 12220
Номер дела источника информации 60

Номер записи 50984877
Фамилия Бетхер
Имя Генрих
Отчество Корнеевич
Воинское звание лейтенант
Причина выбытия погиб
Название источника информации ЦАМО
Номер фонда источника информации 58
Номер описи источника информации 818883
Номер дела источника информации 705

Номер записи 52664447
Фамилия Бетхер
Имя Генрих
Отчество Корнеевич
Последнее место службы 104 сд
Воинское звание лейтенант
Причина выбытия убит
Дата выбытия 28.08.1941
Место выбытия Мурманская обл.
Название источника информации ЦАМО
Номер фонда источника информации 58
Номер описи источника информации 18001
Номер дела источника информации 131


Изображение
Ищу: всех Мунц (с.Усть-Грязнуха, с.Каменка, с.Штреккерау), всех Кизнер, Штремель и Якоб (с.Гнилушка), Шмидт и Шехтель из с.Каменка, 1858-1941.

Аватара пользователя
VovkaKak
Постоянный участник
Сообщения: 5003
Зарегистрирован: 07 янв 2011, 19:14
Благодарил (а): 14538 раз
Поблагодарили: 13524 раза

Поволжские немцы и Великая Отечественная война

Сообщение VovkaKak » 15 янв 2019, 11:28

С выставки "Немцы в Российской истории" у нас в краеведческом музее г. Волжского:

Изображение

menges
Постоянный участник
Сообщения: 605
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 20:15
Благодарил (а): 1484 раза
Поблагодарили: 986 раз

Поволжские немцы и Великая Отечественная война

Сообщение menges » 15 янв 2019, 16:50

VovkaKak писал(а):
15 янв 2019, 11:28
С выставки "Немцы в Российской истории" у нас в краеведческом музее г. Волжского
Сколько лет Генриху Никкель на фото и в каком году снято?

На сайтах ОБД Мемориал и Память народа поиск выдает только одного Никкель Генрих Янович 1925 г.р., убит 23.8.1944.
Den Ahnen auf der Spur

Аватара пользователя
VovkaKak
Постоянный участник
Сообщения: 5003
Зарегистрирован: 07 янв 2011, 19:14
Благодарил (а): 14538 раз
Поблагодарили: 13524 раза

Поволжские немцы и Великая Отечественная война

Сообщение VovkaKak » 15 янв 2019, 21:19

menges писал(а):
15 янв 2019, 16:50
Сколько лет Генриху Никкель на фото и в каком году снято?
На стенде только та информация, которую я дал. Можно спросить про всё организаторов: http://ivdk.ru/
Мало того, с большой вероятностью он был под русской фамилией усыновителей, а иначе бы его не взяли на фронт.
И ещё, раз его успели депортировать и только потом усыновили, то, я так понимаю, ему в 1941 году ещё не было 18 лет.

Виртуальная экскурсия от организаторов выставки: http://museum.rusdeutsch.ru/expo3/index-ru.html
Всё, что здесь выставлено, то и было на выставке *YES*

Ooo.Ggg
Интересующийся
Сообщения: 1
Зарегистрирован: 07 май 2019, 23:59

Поволжские немцы и Великая Отечественная война

Сообщение Ooo.Ggg » 08 май 2019, 23:58

Гетц Пётр Адамович родился в саратовской облости, умер в сентябре 1986 г

Аватара пользователя
Константин
Постоянный участник
Сообщения: 7449
Зарегистрирован: 09 янв 2011, 19:45
Благодарил (а): 447 раз
Поблагодарили: 6716 раз

Поволжские немцы и Великая Отечественная война

Сообщение Константин » 26 июл 2019, 11:01

Герман Александр. Из питерских немцев.

https://weekend.rambler.ru/people/42557 ... ntent=news

Посмертно в 1944 году майор Александр Герман получил звание Героя Советского Союза.
Ищу: всех Мунц (с.Усть-Грязнуха, с.Каменка, с.Штреккерау), всех Кизнер, Штремель и Якоб (с.Гнилушка), Шмидт и Шехтель из с.Каменка, 1858-1941.

Татьяна Петрова
Любитель
Сообщения: 12
Зарегистрирован: 02 июл 2019, 07:45
Благодарил (а): 2 раза
Поблагодарили: 1 раз

Поволжские немцы и Великая Отечественная война

Сообщение Татьяна Петрова » 23 авг 2019, 20:55

https://www.sakharov-center.ru/asfcd/au ... hor&i=2644 эту запись сделала моя тётушка,к сожалению это всё что мы знаем про деда.Тут сказана 1940 призыв в армию,может кто то знает больше,и может поделится информацией

Аватара пользователя
путешественник
Постоянный участник
Сообщения: 676
Зарегистрирован: 17 янв 2011, 08:05
Благодарил (а): 3243 раза
Поблагодарили: 2215 раз

Поволжские немцы и Великая Отечественная война

Сообщение путешественник » 23 авг 2019, 21:42

Если можно- в порядке уточнения. Военнослужащие немецкой национальности из Рабоче-Крестьянской Красной Армии-РККА, изымались из действующей армии на основании Директивы Ставки Верховного Главнокомандования № 35105 от 8 сентября 1941 года, в соответствии с которой из действующей армии в срочном порядке были демобилизованы все военно-служащие немецкой национальности с направлением их в трудармию, как это позже было названо, но не на основании Указа ПВС СССР от 28 августа 1941 г. По этому Указу проводилась депортация.

Татьяна Петрова
Любитель
Сообщения: 12
Зарегистрирован: 02 июл 2019, 07:45
Благодарил (а): 2 раза
Поблагодарили: 1 раз

Поволжские немцы и Великая Отечественная война

Сообщение Татьяна Петрова » 23 авг 2019, 22:27

Я не знаю,где найти правду.У родственников был клочок бумаги,воспоминания матери,Вейсгейм Марии,где она написала что её с младшим сыном депортировали с Бальцера. А старший сын (мой дед) в это время находился в армии.Причём она долгое время его искала...

Аватара пользователя
Александр Фрик
Постоянный участник
Сообщения: 217
Зарегистрирован: 13 авг 2012, 17:12
Благодарил (а): 3 раза
Поблагодарили: 75 раз

Поволжские немцы и Великая Отечественная война

Сообщение Александр Фрик » 20 янв 2020, 18:16

Наконец то медальон отправлен сыну фронтовика, через 20 лет со дня его находки.

Изображение

Сыну осталось дождаться, когда имя его отца, появится на мемориальной доске в посёлке Сосновый.

Аватара пользователя
Bangert
Постоянный участник
Сообщения: 1719
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 18:50
Благодарил (а): 6917 раз
Поблагодарили: 6582 раза

Поволжские немцы и Великая Отечественная война

Сообщение Bangert » 20 янв 2020, 21:49

Наконец то медальон отправлен сыну фронтовика, через 20 лет со дня его находки
.

http://forum.patriotcenter.ru/index.php?topic=2863.0
Интересует, фамилия Bangert из Dittel
фамилия Diener из Katharinenstadt/Marxstadt/Warenburg
фамилия Krug из Krazke
фамилия Kramer из Katharinenstadt

vika251267@yandex.ru
Любитель
Сообщения: 4
Зарегистрирован: 15 апр 2020, 15:46
Поблагодарили: 1 раз

Поволжские немцы и Великая Отечественная война

Сообщение vika251267@yandex.ru » 15 апр 2020, 17:04

Diesendorf, здравствуйте! Меня зовут Виктория Пенькова. Мои предки - Риффель и Шик - поволжские немцы. Собираю материал для книги о немцах во время отечественной войны. Замысел - на собирательном образе и сплетении судеб нескольких молодых русских немцев постараться рассказать о трудностях и их преодолении, о том, что их волновало и радовало. Не хочу так популярной сейчас "чернухи" и штампов типа "сотрудник НКВД - всегда злодей", "русские ненавидели русских немцев", потому что из уст бабушки и дедушки слышала разные примеры. Да и жизнь не так односложна и однозначна. Почитав Ваше сообщение, правда, уже многолетней давности, хотела бы с Вами связаться в удобное для Вас время! vika251267@yandex.ru 8 926 223 04 61 Заранее признательна.

Аватара пользователя
Bangert
Постоянный участник
Сообщения: 1719
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 18:50
Благодарил (а): 6917 раз
Поблагодарили: 6582 раза

Поволжские немцы и Великая Отечественная война

Сообщение Bangert » 12 май 2020, 17:05

Последний выстрел капитана Ассельборна

Изображение

О Михаиле Ивановиче Ассельборне я узнал из беседы Димаша Ахмедовича Кунаева с Пантелеймоном Кондратьевичем Пономаренко, в тот момент первого секретаря ЦК Компартии Казахстана, который успел обеспечить переход Кунаева из республиканской Академии наук на пост председателя Совета министров КазССР.

Тогда Пономаренко (в Великую Отечественную он, к слову, руководил всем партизанским движением и стал национальным героем Белоруссии) поведал о том, что полный успех стратегической операции «Искра» по окончательной ликвидации блокады Ленинграда обязан прежде всего беспрецедентному 180 суточному (!) аналитическому разведрейду - интернационального отряда особого назначения, который базировался неподалеку от села Кончанское близ Новгорода.

Командовал отрядом опытный питерский чекист Михаил Иванович Климентьев, комиссаром и начальником штаба у него был его тезка Михаил Иванович Ассельборн, умело скорректировавший всю систему спецподготовки разведчиков. Учебных дисциплин было изрядно. Не было только штудирования немецкого языка - им владели все, в том числе экспансивные испанцы и немногословные эстонцы и финны.

Откуда бы такие незаурядные способности? Военных академий за плечами у 35 летнего капитана ВВС РККА Ассельборна не было, но до войны с отличием окончил школу, потом престижное пехотное училище имени Ленина, после была служба на командных должностях, в 1932 м еще одно училище - Харьковское пограничное летно кавалерийское, в 1941 м эвакуированное в Алма-Ату. Крестьянского корня, с юных лет познавший холод и голод сиротства, но не сломившийся ни в каких передрягах, он безмерно любил пехоту, кавалерию, но авиацию - особенно.

«Сколько годочков прошло, но я все чаще и чаще вспоминаю своего любимого командира. Светлые волосы, изумительная выправка, необыкновенная смекалка, острая нетерпимость к разного рода дрязгам, всегда умное, взвешенное слово и огромное дружелюбие. Он гордился профессией военного», - рассказывал Михаил Иванович.

А участник «Искры» казахстанец Николай Дельва из Темиртау с неизбывной грустью вспоминал об Ассельборне: «Он был очень силен и ловок, ненавидел грубость, любил ладную книгу, хорошую песню...». Все это подтверждают письма жене и дочери самого Ассельборна с их чистотой помыслов и твердой верой в победу.

Где бы ни приходилось служить Ассельборну - в Гатчине или Харькове, Ульяновске или Уральске - подчиненные его обожали. На Дальнем Востоке он вывел в образцовые свою бомбардировочную эскадрилью 107 го авиаполка ВВС, крепко поддавшего очумелым самураям близ озера Хасан в 1938 м и у реки Халхин Гол в 1939 м. А в мае 1942 го его направили в Кулунду и Северный Казахстан на работу в тамошние МТС. Надо сказать, что идея убрать из действующей армии всех специалистов немецкой, чеченской, греческой национальностей принадлежит отнюдь не Берии, а Никите Хрущеву, который к тому же поддержал предложение Ворошилова затопить весь Балтфлот, дабы тот не достался врагу, как было сделано с Черноморским флотом в Гражданскую войну.

Вровень с Черчиллем и Рузвельтом?

А все семьи немцев Поволжья были подвергнуты так называемому спецпереселению еще раньше - Указом Калинина, который называл это «временной мерой» и щедро сулил переселенцам заманчивые земельные, компенсационно денежные и прочие блага. Понятие депортация в ту пору было распространено далеко от нас: в США, воевавших с Японией, депортировали поголовно всех этнических японцев - Рузвельт лишил их всех прав и загнал в особые резервации, точно так же поступили в 1940 м с греками в Италии, жестоко обошелся со «своими» тевтонами и Черчилль, не раз в секретной переписке со Сталиным с дивной простотой и животной злобой настаивавший на полной физической аннигиляции (то есть уничтожении) всей немецкой нации.

Семья Ассельборна, оказавшись в глубоком тылу, обещанных Калининым благ, понятно, не ощутила. Зато всевозможных мытарств выпало по горло и выше. Сам же Михаил Иванович не покорился оскорбительной перемене в судьбе. Он, как и будущий Герой Советского Союза старший лейтенант Роберт Клейн, а также молодые немцы из Кемеровской области во главе с Фридрихом Гольцвартом, обратился с письмом лично к Сталину, убедительно доказывая колоссальный вред кадровой зачистки и настойчиво требуя возвращения в боевой строй. Удивительно, но это сработало. И даже быстрее, чем ожидалось! Вскоре Ассельборн с подачи Пономаренко и Берии был определен к Климентьеву, который в нем души не чаял. Еще бы! Ни одна тщательно разработанная и успешно осуществленная операция не проходила без участия Ассельборна. Его группа искусно минировала ключевой ж/д участок Луга Псков, взрывала особо оберегаемые врагом шоссейные и железнодорожные мосты. На шоссе Гдов Ямм отсекла грузовики с конвоем и захватила офицерскую машину, важности пассажиров которой поразились даже в Москве. В другом месте спасла немало сельчан, среди коих оказались самые близкие люди нынешнему президенту России, о чем он сам недавно поведал. В другой раз, наголову разбив укрупненный батальон SS, упредила угон сельской молодежи в нацистское рабство. Форсировав глубокую реку и совершив в непогоду обходной 70 километровый ночной бросок, с боем освободила эшелон польских пленных. Активной была ее поддержка местных партизан: их спецотряд обеспечивал не только свежими сводками СовИнформ бюро, но и регулярной авиасвязью с Большой Землей, надежной эвакуацией раненых, отменно обученным молодым пополнением. Эффективными были крупные совместные акции по обезвреживанию и уничтожению предателей, изобретательной агитработе в гарнизонах Вермахта и SS. Словом, рейд завершился по суворовски. И все же не все вернулись живыми. В самом конце героической 180 суточной эпопеи в бою с карателями был смертельно ранен пулеметчик Фридрих Гольцварт.

После ликвидации блокады Ленинграда спецотряд был десантирован в Прибалтику, где готовилось решающее советское наступление. Ставке Верховного Главнокомандования требовались самые точные сведения. И она их получала. Но теперь отряду действовать было намного сложнее, чем под Ленинградом и Псковом, - леса не столь густы, населенные пункты забиты войсками, на хуторах полицаи и те, кто после войны станут «лесными братьями», разветвленная сеть коммуникаций помогала врагу почти мгновенно прибывать к месту операции. Тем не менее отряд снова был неуловим. И, как прежде, передавая в Центр бесценные сведения, вместе с прибалтийскими партизанами дерзко и точно наносил оккупантам серьезные удары: опять шли под откос вражеские эшелоны, взлетали на воздух штабы и склады. Среди наиважнейших объектов, которыми Берлин особенно дорожил, был тщательно скрываемый аэродром особого назначения. На нем не раз появлялись личные самолеты Геринга и даже Гитлера. Но вот безукоризненные удары с земли попали прямо в цель - аэродром перестал существовать. Агентура доносила из Берлина, что Гитлер с Герингом в бешенстве.

Самый горький день

Тогда Берлин пошел на хитрость. Из разных источников, в том числе от духовенства, к Ассельборну стали поступать сведения о том, что связи с посланцами Большой Земли ищет некий весьма боеспособный и дерзкий отряд из 25 «народных мстителей». Но с помощью друзей прибалтов Ассельборн вывел лжепартизан на чистую воду. Коварная затея нацистов провалилась. Тогда гитлеровское командование сняло с фронта целую дивизию Вермахта, чтобы та квадрат за квадратом тщательно прочесала редколесье.

8 июня 1944 года фортуна впервые изменила Ассельборну. Под латышским городом Карсавой он принял свой последний бой. Тяжело раненый, он знал, что друзья его вынесут, и, трезво оценив обстановку, воспользовался правом командира. Когда враг был в сотне метров, Ассельборн сдернул с себя сумку с документами, приказал оставить его и, напутствовав друзей добрыми словами, выстрелил себе в висок...

...В 1973 году я получил письмо из Целинограда (ныне Астана) от журналиста и писателя Давида Вагнера. Он просил посодействовать переводу его книги об Ассельборне и его товарищах с немецкого на русский язык. Я показал письмо Димашу Ахмедовичу Кунаеву, и он посоветовал, чтобы вступительное слово к этой нужной книге дал лауреат Ленинской премии Сергей Смирнов - автор знаменитой книги «Брестская крепость». Смирнов охотно согласился, но, увы, не успел неожиданно скончался. Тем не менее благородные имена Ассельборна, пулеметчика Фридриха Гольцварта, радиста Иоганна Геги, минера Ивана Фризе вышли из густой тени замалчивания. Изданная в Казахстане на русском языке книга Давида Вагнера «Рыцари без страха» разошлась мгновенно. Однако редакция журнала «Простор» за мой очерк «След в жизни и борьбе» («Простор», 1974, No 1) об этой книге получила грозный втык от главного цензора СССР товарища Романова «за разглашение секретов особой государственной важности».

Но Казахстан уже «усыновил» героев, славное имя Ассельборна гордо упоминалось в докладах Кунаева о бессмертном подвиге советского народа в Отечественной войне, в его честь и память звучали пионерские горны, проводились комсомольские «Зарницы». Но вот города или селения под названием Ассельборн на наших картах так и не появилось. Да и подвиги отважного немца в СССР оценили, честно сказать, скуповато: только спустя 40 лет после победы после неоднократных ходатайств, в том числе Пономаренко, Кунаева, Климентьева, а также взявшего шефство над семьей Ассельборна космонавта Титова, Михаил Иванович Ассельборн посмертно был удостоен ордена Красной Звезды.

Когда я молча стою у гранитной плиты могилы Неизвестного Солдата и пристально смотрю на рвущийся Вечный огонь, то видится мне в его тревож ных отблесках весь наш многомиллионный мартиролог, который, наверное, мог бы быть и меньше, если бы люди склада Зои Космодемьянской и Маншук Маметовой, Александра Покрышкина и Талгата Бегельдинова, Байзуллы Акижанова и Леонида Гирша, Николая Кузнецова и Михаила Ассельборна были бы «благоразумнее». Но была бы тогда Победа?


Автор - Владислав ВЛАДИМИРОВ.
http://arhiv.kp.kz/8579-posledniy-vystr ... asselborna
Интересует, фамилия Bangert из Dittel
фамилия Diener из Katharinenstadt/Marxstadt/Warenburg
фамилия Krug из Krazke
фамилия Kramer из Katharinenstadt

JosifAsselborn
Постоянный участник
Сообщения: 225
Зарегистрирован: 16 мар 2018, 12:39
Благодарил (а): 351 раз
Поблагодарили: 130 раз

Поволжские немцы и Великая Отечественная война

Сообщение JosifAsselborn » 12 май 2020, 21:36

Bangert писал(а):
12 май 2020, 17:05
А в мае 1942 го его направили в Кулунду
На странице, Музеи немцев Алтайского края, выставлено видео, о школьном музее в Кулунде, об М.И. Ассельборн
Ищу Ассельборн (Pardels), Шунк, Барбье, Саитц, Гуш,Кеслер, Кеммер, Вигель, Кремер,Боссерт, Прецер, Бек, Рюб, Лихнер.

Аватара пользователя
Alex Brester
Модератор
Сообщения: 1460
Зарегистрирован: 04 янв 2011, 14:45
Благодарил (а): 775 раз
Поблагодарили: 2488 раз

Поволжские немцы и Великая Отечественная война

Сообщение Alex Brester » 13 май 2020, 20:21

10.07.1945 Вторник. Есть у меня в здешнем порту знакомый поляк Николай Иванков, работающий боцманом на барже. Сегодня я зашел к нему, чтобы узнать последние польские новости и, кстати, сделать кой-какие меркантильные дела, до которых он большой охотник. Он был не один в своей каюте, кроме жены, на стуле в темном углу сидел еще какой-то человек в рваной и грязной одежде, бритый наголо и необыкновенно бледный.
— Мне кажется, мы уже знакомы с Вами, — сказал я, когда он мне протянул руку и назвал себя. — Вы раньше бывали здесь у Николая?

— Бывал.

— Я помню. Только Вы тогда выглядели намного лучше. Что с Вами случилось? Вы больны?

Человек как-то смущенно улыбнулся и посмотрел на Николая.

— Он только что из СССР, — сообщил мне тот.

— Из СССР?

— Ага. Хотел домой попасть, а угодил в солдаты. Пришлось опять драпу давать.

— Каким же это образом? — я посмотрел внимательно на беглеца и попросил. — Пожалуйста, если не трудно, расскажите все. Это так интересно.

И вот я услыхал историю, которая в течение получаса раскрыла передо мною положение, существующее по «ту» сторону, лучше, чем сотни статей. Быть может, лично для меня все это и не было новым, но как бы я хотел, чтобы эту историю услышали те русские люди, которые все еще продолжают верить в эволюцию Кремля, и все еще колеблются — верить или не верить советским представителям, уверяющим, что «родина ждет своих сынов и дочерей» и что она встречает их цветами и великой радостью. Какой прекрасной иллюстрацией может служить эта история к вчерашнему заявлению репатриатора о том, что в России с каждым днем становится «легче и легче». Слушая этот рассказ, я думал: «Боже мой, когда же, наконец, получим мы возможность хотя бы только рассказать миру правду о том, что совершается в действительности в нашей стране? Как долго еще голос правды будет молчать перед лицом гнусных и наглых демагогов, надругающихся над душой и телом нашего народа?»

Человек, который пережил все это, не был русским. Он был немец по имени Карл. Немец из так называемой «республики немцев Поволжья».

— И Вы не боялись возвращаться?

— Нет, чего же мне бояться? Разве я в чем-нибудь провинился перед Россией?

Это была святая правда. Даже самый придирчивый судья не мог бы сказать, за что можно было карать этого человека так безжалостно и беспощадно…

Карл родился и вырос в России на Волге, около Саратова, в крестьянской семье. Когда началась война с Германией, он был взят в Красную армию, сражался на фронте, попал в плен и вскоре очутился в Гамбурге. Хорошее знание немецкого языка помогло ему выйти из плена и устроиться на баржу лоцманом. Немецкого подданства он не принимал, не желал идти воевать против своей страны.

Как только Германия капитулировала и началась репатриация, Карл оставил баржу, ушел в советский лагерь и заявил, что он желает возвратиться в СССР. Он выехал с одним из первых транспортов, и в начале июня был уже на советской стороне.

— Через границу из Шлезвиг-Гольштинии в Мекленбург мы ехали поездом в сопровождении англичан. Поезд остановился приблизительно в трех километрах от границы на советской стороне на станции, где нас встретили цветами и советским гимном. В присутствии англичан был устроен митинг, на котором выступали один еврей и один армянин, сидевшие в концлагере в Германии. Армянин был из ученых, читал книгу Гитлера «Mein Kampf» и в своей речи все время цитировал ее, чтобы показать, как Гитлер хотел поработить Россию и уничтожить весь ее народ. Потом армянин сказал, что среди нас, приехавших, тоже есть люди, которые за тридцать сигарет продались немцам, и что мы должны как можно скорее их разоблачить, чтобы в СССР не приехали с нами изменники и гитлеровские шпионы.

Англичане все это слыхали, поздравили нас с возвращением на родину, жали нам руки, потом собрались и уехали.

Утром нас подняли в пять часов, и мы тут же увидели, что отношение к нам сразу переменилось. Нас построили на поле со всеми вещами и сказали, что мы теперь пойдем пешком до лагеря: мужчины — тридцать километров, женщины — пятнадцать.

— У кого много вещей, оставьте лучше здесь, чтобы не бросать в дороге. Идти придется быстро, без привалов.

Пришлось оставить все, кроме необходимого. Женщин отделили и повели в другую сторону. Отцов разделили с дочерьми, мужей с женами, братьев с сестрами. Никакие увещевания и мольбы не помогли.

— Потом увидитесь, — отвечали советские офицеры, — а пока будете жить по разным лагерям. Такой приказ.

С тех пор мы наших женщин больше не видали. Позднее мы узнали, что всех их подвергли медицинскому осмотру, отделили молодых и сильных и сказали им, что они пока останутся в Германии на уборку урожая. Что стало со старыми и больными — не знаю. Говорят, хуже всего пришлось тем женщинам, у кого народились дети здесь, в Германии. Их считают немецкими наложницами, бреют им головы наголо и посылают на самые грязные работы.

Все это мы узнавали постепенно и позднее уже тогда, когда прожили около двух недель в лагере около города Steinberg’a в центре Мекленбурга. Пришли мы в этот лагерь вечером, побросав в дороге половину даже тех вещей, которые взяли с собою. Это был огромный лагерь, обнесенный проволокой, с большими грязными бараками, которые нас тотчас же заставили убирать.

— Будете здесь жить и заниматься военной подготовкой, — заявил нам офицер на вечернем построении.

Те, что были посмелее, спрашивают:

— А когда домой?

— Домой! — Удивился офицер. — Вы собираетесь домой?

Мы переглянулись, замолчали. А офицер встал перед строем и стал говорить, что все мы — предатели и изменники, и те, которые уехали по доброму желанию, и те, которых увезли, и взятые в плен на фронте, и что пройдет немало лет, прежде чем мы сумеем искупить свою вину перед отечеством трудом и службой в армии.

— Военнопленные особенно виновны, — сказал он, — потому что у них в руках была винтовка и они ею отказались воспользоваться.

На следующий день в лагере были повешены двое ребят, на которых кто-то показал, что они служили во Власовской армии. Потом нас разделили на две группы: от 35 лет и моложе зачислили сразу в армию, а тех, что были старше, стали пропускать через врачебную комиссию. Здоровых присоединили к нам, а стариков и слабых — в трудовые батальоны. Когда это закончилось, в лагере появился особый отдел НКВД и началась проверка документов и допросы. За день допрашивали не больше десяти-пятнадцати человек, а всего нас было в лагере несколько тысяч. Чтобы не терять времени, нам раздали деревянные «винтовки» и начали муштровать. В пять часов утра подъем, завтрак и до девяти вечера строевая и устав, а после ужина в десять часов еще политбеседа. Ложились мы в 11-ть, в половине двенадцатого, а в пять снова уже были на ногах. И так — изо дня в день — без «выходных», без праздников… О доме никто больше и не вспоминал, все думали только о том — что ждет нас впереди и чем все это кончится. Население лагеря стало уменьшаться: люди, вызванные на комиссию НКВД, часто не возвращались, но куда они девались — я не знаю, и никто не знал; другие приходили, как помешанные, и на все вопросы отвечали только, что им велено молчать, некоторых вызывали по три, по четыре раза. Исключение не делалось ни для кого, и того армянина, что отсидел в концлагере в Германии, гоняли с нами вместе как солдата.

Карл немного помолчал, понурив голову, потом поднял ее и взглянул мне в глаза.

— Там никто друг другу ничего не говорит и никому не верит, но я знаю, что три четверти этих людей проклинают день и час, когда они решили возвратиться в СССР.

— А вы тоже скоро его прокляли?

— В тот же миг, как мы попали в этот лагерь. Я тогда понял все, и понял, что родины больше не увижу, и никто ее не увидит, и что всех нас истребят разными способами, а те, кого не истребят, останутся рабами на всю жизнь. Я это и сказал верному другу, и он мне ответил, что тоже так думает и что надо поскорей бежать. Мы готовились дней пять, все обдумывали, как лучше сделать, а потом представился такой момент, мы и удрали.

— Как же вам это удалось?

— Нас водили на обед за лагерь к столовой, которая стояла на опушке леса. Однажды мы встали в хвосте колонны, дошли до кустов, оглянулись и присели, а потом подались в лес и поползли, пока не отползли километра полтора. Там мы встали и пошли все лесом еще километров пять и залегли до вечера, а вечером дальше пошли прямо на запад. Так мы шли две ночи, а днем лежали, и за это время не видали ни одной живой души. На третий вечер, часов в девять, мы легли возле дороги и стали ждать, не пройдет ли мимо какая-нибудь старушка, и на наше счастье дождались. Мы поднялись ей навстречу и спросили, где граница. Она отвечала, что граница проходит по каналу в двух километрах отсюда, но что по дороге нам идти нельзя, а надо свернуть в сторону, в рожь, — там, может быть, нас не поймают.

Это было 23-го июня, когда ночи светлые и самые короткие в году. Мы поползли и к полуночи добрались до канала. Мой товарищ разделся и сел на берегу, дожидаясь, пока я свяжу вещи. Вдруг за нашими спинами щелкнули затворы и раздалась команда:

— Руки вверх!

Я обернулся и, увидев прямо над собой дуло винтовки, поднял руки. Но мой друг, в которого прицелился другой солдат, сделал иначе: поднимая руки, он сложил их над головой, как делают пловцы, и прыгнул в воду. Раздались два выстрела, и все затихло.

— Раздевайся, — приказали мне солдаты.

Они обшарили мою одежду, вытащили спички, бумажник, табак, все, что нашли в карманах, и велели снова одеваться и ложиться лицом вниз. Я лег.

— Теперь надо сообщить на караулку, — сказал один из них. — Дай три выстрела вверх.

Солдат поднял винтовку, пощелкал затвором и говорит:

— У меня осталось только два патрона. Стреляй ты.

Тот дал три выстрела. Потом оба уселись, направив на меня винтовки, и стали ждать. Прошло примерно полчаса, стало светать, а с караулки все никто не идет. Тот, у которого было больше патронов, встал, потянулся, зевнул раза два и говорит:

— Видно, мы не дождемся. Ты посиди, постереги, я сам туда пойду.

И он ушел, а тот, что оставался, сел ко мне поближе, положил винтовку на колени и начал мой бумажник разбирать. Я искоса поглядываю на него, а сам про себя думаю: «Сейчас они придут за мною с караулки, и все будет кончено. Чего мне делать? Лучше погибнуть, как товарищ, чем быть повешенным».

А тут мой часовой начал со мною разговаривать. Достал марку и показывает мне:

— Это что? — Спрашивает.

— Марка, — отвечаю.

— А это сколько?

— Это десять марок.

Пока он спрашивал, я поднял голову, смотрю: а у него винтовка уже на траве, а на коленях мой бумажник и табак, и руки обе заняты. Я приподнялся, посмотрел вокруг, да как прыгну ему на шею… Однако не рассчитал: думал столкнуть его в канал, но только стукнул его головой о камни, а сам через него и — в воду. Ушел, как можно глубже, и — давай работать. Только взмахнул руками раз пяток, как меня что-то ударило в ягодицу, и все тело словно огнем залилось. И сразу сердце у меня заколотилось ровно бешеное, плыть стало легко. Только я вынырнул, как впереди меня еще пулька — «цок» по воде. «Так, — думаю, — две. Больше не настреляешься.» И убавил ходу и поплыл не торопясь.

Рассказчик поднялся и показал мне на свою одежду. Нижний край пиджака и брюки на левой ягоднице были изодраны в клочья и еще сохраняли следы крови.

— Пулька-то разрывная оказалась, — объяснил он. — Так меня с этой пулькой и доставили сюда. Я англичанам прямо сказал: «Убейте меня здесь, а я назад не возвращусь». Карл замолчал и опустил голову. Мы помолчали все. Потом я спросил:

— Что дальше делать будете?

— Пока подожду, — ответил он. — Может, война будет против большевиков. В любую добровольческую армию пойду.
Из дневника Пашина Николая Сергеевича

Аватара пользователя
Bangert
Постоянный участник
Сообщения: 1719
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 18:50
Благодарил (а): 6917 раз
Поблагодарили: 6582 раза

Поволжские немцы и Великая Отечественная война

Сообщение Bangert » 17 май 2020, 16:02

Изображение

Поволжский немец: «В спину стрелять не буду…»

На 22 июня 1941 года в рядах Красной Армии насчитывалось свыше 33,5 тысяч этнических немцев. На фронте оказались молодые люди, призванные на военную службу перед войной. Подавляющее большинство этих ребят – из Республики немцев Поволжья. Предвоенный призыв для военных комиссариатов республики был делом хлопотным, проводился очень осторожно, в ограниченном количестве и строго в индивидуальном порядке.

Именно в этот период в ряды Красной Армии призвался выпускник физико-математического факультета педагогического института города Энгельс, успевший даже немного поучительствовать, Филипп Думлер.

Мое поколение привыкло узнавать что-то важное о жизни родителей всегда как-то неожиданно, почти таинственно. Немногословные в том, что касалось депортации, лагерей, трудармии, они старались не посвящать наши неокрепшие, да и еще не понимающие всего этого души в то страшное прошлое.

О том, что отец воевал, я узнал совершенно случайно. Шел февраль 1962 года, мы жили в Норильске, отец работал мастером гальванического отделения медеплавильного цеха горно-металлургического комбината. В один из дней в дверь позвонили. Открыла мама, на пороге стояли трое военных в белых полушубках и портупеях (зимой с учетом климата военные в Заполярье носили именно полушубки).
«Думлер Филипп Яковлевич здесь проживает?» – спросил, по-видимому, старший. «Филипп, к тебе», – позвала мама.

Я уже был рядом, интересно же. Военные. «Филипп Яковлевич, просим вас прибыть в горвоенкомат для вручения медали «За оборону Сталинграда». Пауза.

Помню, отец что-то сказал военному и добавил: «Больше прошу вас меня не беспокоить». До конца своих дней он не переступал порога государственных и партийно-советских учреждений.

Дожив до тех его лет, имея уже собственный жизненный опыт, я стал понимать, чего это все ему стоило.

Представление о войне из моего детства в большом бывшем лагере ГУЛАГа НКВД СССР, под названием Норильск, складывалось из фильмов, где мы переживали за нашу Советскую Родину, игрушек из оружейных гильз, красных звездочек с пилоток, немецких железных крестов, других знаков отличий, в изобилии водившихся в городе, где, помимо ссыльных и депортированных обычных зеков, содержались ещё и немецкие военнопленные под усиленным надзором войск НКВД.

Став уже взрослым, потеряв отца, который ушел из жизни в 55 лет, я часто просил маму рассказать о его военном прошлом. Все, что мне известно, я узнал от нее, деда и близких.

Отец родился в селе Гримм (ныне это разъезд Александровский, Каменского кантона, Саратовской области) в большой и дружной семье Якова и Шарлотты Думлер. Из детства помню, как еще в шестидесятых впервые побывал на родине отца, помню чувство восторга и гордости, охватившее меня, когда отец показал склад местного сельпо и сказал, что это их бывший ледник. Как и все немцы, в селе они много работали. Из семи детей Якова и Шарлотты выжили пятеро. Судьбы их в дальнейшем сложились по-разному: Август умер молодым в 1933-м во время голодомора в Поволжье, Андрей – в трудармии в Красноярском крае, сестра Лотта пережила невзгоды и уехала в Германию, последний брат отца, Яков Думлер, трудармеец, скончался в этом году в Красноярске в возрасте 97 лет. Обычная немецкая семья, с обычной немецкой судьбой советского лихолетья. И только военный период в жизни отца выделяется особняком.

После учебки в Ростове-на-Дону отец проходил службу в стрелковых частях Западного военного округа. Войну начал в Киевском особом военном округе, выходил с боями из окружения в Киевском, а затем Харьковском котлах.

Мама часто вспоминала его лаконичные рассказы, больше похожие на эпизоды из военной жизни, именно о первом годе войны, страшном 1941-м.

…Бои в окружении при выходе из Киевского котла, когда воду для питья приходилось ночами брать после дождя из бомбовых воронок зачастую с телами павших бойцов. От роты отца почти ничего и никого не осталось, когда они попали в село богатого винодельческого колхоза. Приказ ничего врагу не оставлять в окружении выполнялся с особым ожесточением, технику и огромные подвалы с вином приказано было уничтожить. Жажда делала свое дело. Солдаты просто подходили, стреляли по бочкам с вином и подставляли каски.

Из этих подвалов ушли только пятеро. Трое суток бойцы шли лесами, пока лоб в лоб не столкнулись с немецким разведывательным дозором. Пять на пять, лицом к лицу, они молча стояли с оружием наперевес. Каково же было удивление немцев, когда в ответ на свой вопрос от одного из красноармейцев они услышали немецкую речь. «Откуда знаешь немецкий язык?» – спросил один, и в ответ услышал: «Я поволжский немец, это мой родной язык».

Трое из пяти солдат вермахта оказались докерами из Гамбурга, двое учителями, как мой отец. Умирать никто не хотел, договорились развернуться и разойтись. «В спину не стрелять!» Филипп Думлер усмехнулся: «А нас в спину стрелять не учили».

На двенадцатые сутки ночью перешли линию фронта, казалось, счастью нет предела, попали к своим. А оказалось – из огня да в полымя. Харьковский котел. Время было страшное, утром закреплялись на одном рубеже, ночью уже были далеко от него. Почти не стреляли, патронов не хватало, винтовки брали у убитых. На привалах спасала губная гармошка «Mundharmonika». Откуда она взялась, я уже и не помню, но отец пронес ее через войну и лагеря. А «смерть» она нашла в детских ручках Саши Думлера, сломал ее я. Вот так бывает.

…Переходы по оккупированной территории отдавались мучительной душевной болью, отец часто говорил маме: «Я не мог понять этих солдат вермахта, на пряжках ремней у которых написано: «Gott mit uns». Что они творили! Семья Думлер была очень религиозной, отец пел в церковном хоре, но после войны он одинаково безразлично относился и к религии, и к идеалам коммунизма.

Сталинград. Родные места на Волге. Отец рассказывал, что ощущение ненависти к врагу, ощущение правоты в борьбе за свою Родину здесь, на Волге, сформировалось окончательно. Нет, не было «чувства родной крови», был только враг, которого нужно уничтожить, прогнать с родной земли. От ожесточения опять спасала губная гармошка. «Лихо ты на ней чешешь, – говорил ему друг-курянин, (имени уже не вспомнить). – Немецкий пролетариат с нами!» Отец никогда не говорил о плохом отношении к себе как к немцу. В одном окопе все одинаковы.

Изъятие немцев из действующей армии проводилось практически всю войну. Основанием для этого служила директива Наркомата Обороны № 35105С от 8 сентября 1941 года. В памяти немцев-фронтовиков она осталась как «Приказ Сталина». Немцев из армии убирали тихо, внезапно, без всяких объяснений, на фоне известий о том, что их родные и близкие депортированы. Мероприятия носили локальный характер и осуществлялись не командирами частей, а особыми отделами НКВД при воинских подразделениях.

Изображение


Филипп Думлер попал под третий этап, начавшийся в январе 1942 года. Практически после окопов Сталинграда решением военного Трибунала от 9 июля 1943 года красноармеец Думлер был этапирован в Норильлаг по пресловутой статье 58 сроком на 15 лет.

Часто перебирая семейный альбом, прокручивая в памяти отрывочные рассказы о том времени, невольно ловлю себя на мысли: «А фото отца в военной форме всего-то одно, сделанное перед самой войной». Одно фото, миг в жизни, а сколько воспоминаний. И надо помнить, потому что Отечественная война за свободу огромной страны – это война всех ее детей, в том числе и незаслуженно обиженных Родиной-матерью, но не предавших её ни на фронте, ни в лагерях. Они не прогнулись, не изменили идеалам и поэтому победили!

«Никто не забыт и ничто не забыто!»

Нам надо помнить, чтобы не повторять ошибок прошлого.
Александр Думлер

http://daz.asia/ru/povolzhskij-nemets-v ... t-ne-budu/
Интересует, фамилия Bangert из Dittel
фамилия Diener из Katharinenstadt/Marxstadt/Warenburg
фамилия Krug из Krazke
фамилия Kramer из Katharinenstadt

Аватара пользователя
Bangert
Постоянный участник
Сообщения: 1719
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 18:50
Благодарил (а): 6917 раз
Поблагодарили: 6582 раза

Поволжские немцы и Великая Отечественная война

Сообщение Bangert » 17 май 2020, 16:51

Изображение

Была сделала попытка найти фронтовиков – советских немцев, которые вернулись к своим родным, проживавшим в Алтайском крае. Здесь неоценимую помощь оказали материалы газеты «Rote Fahne» (Славгород). Впервые такие статьи стали публиковаться к 25-ой годовщине Великой победы в 1970 году.

Материал Карла Вельца назывался «Комиссар Виктор Штраухман: к 25 годовщине Великой победы».

После ожесточённого боя в августе 1941 года, недалеко от Смоленска раненый политрук роты Виктор Штраухман очнулся на захваченной территории. Его, с прострелянными ногами, нашли деревенские мальчишки, привели взрослых, которые, несмотря на опасность, окружили раненого большой заботой. Раны заживали, он начал ходить на костылях. Жители села предложили ему быть политруком сельского партизанского отряда.

Виктор, как советский солдат, как член партии, был горд оказанным ему доверием. Жители организовали партизанский отряд с целью во всем районе наносить вред фашистским оккупантам и их пособникам, препятствовать исполнению их приказов, поднимать население на борьбу. Они получили задание: «этот район должен стать партизанским районом». Виктор Штраухман был назначен комиссаром резерва – партизанского отряда № 8.

Приступили к делу: в селах района были образованы ударные группы из бывших солдат и командиров, бежавших из плена, и гражданских лиц. Каждая ударная группа получила из оружейного склада несколько винтовок и гранаты и была обязана вооружаться, одеваться и снабжаться продовольствием дальше за счет фашистов. Излишки оружия, боеприпасов доставлялись на центральный склад. Ударные группы находились в своих деревнях и оставляли ее только по команде… Как на фронте оккупанты несли тяжелые потери, так и в тылу им не было ни минуты покоя. Благодаря действиям партизан в смоленских лесах земля горела у фашистов под ногами. Уже через полгода в подразделении было 300 человек, 50 пулеметов, 10 легких пушек, кавалерийский эскадрон и многое другое. Они могли уже самостоятельно вести открытый бой с фашистами. По пути уничтожали небольшие фашистские гарнизоны, освобождали молодых людей, которых должны были депортировать на принудительные работы в Германию, налагали арест на транспортные колонны.

Целая дивизия была мобилизована против партизан в Смоленских лесах. Маленькие партизанские отряды получили приказ объединиться в один большой под командованием Героя Советского Союза С.В.Гришина. Этот батальон получил приказ перенести свои боевые действия в тыл врага на территорию 3-го Белорусского фронта. Изначально речь шла об уничтожении укреплённого гарнизона врага Ильковска. Этот приказ был выполнен блестяще.

Партизаны пробивались с ожесточенными боями к западному берегу речки Брони, но были окружены карательным отрядом. Было много жертв, боеприпасы таяли на глазах. В этот критический момент Виктор Штраухман с небольшой группой партизан прорвался в тыл фашистов и открыл там шквальный огонь. В это же время партизанский батальон пошел в атаку. У фашистов началась паника: они бежали, оставив оружие, боеприпасы и продовольствие. Партизанский батальон смог продолжить свое продвижение в тыл противника, уничтожил несколько гарнизонов и пересек Днепр.

Партизанский батальон вёл также рельсовую войну, для того чтобы предотвратить пополнение войск и вооружения фашистов. Бригада, в которой Виктор Штраухман был комиссаром, разрушила за одну ночь 40 километров железнодорожных путей линии Орш-Борисов. К этому времени 3-й Белорусский фронт продвигался все дальше на Запад. В июне 1944 Штраухман встретил первые советские воинские части. Его группа передала им значительное количество полученного трофейного оружия и боеприпасов.
Это фронтовая история партизанского комиссара Виктора Генриховича Штраухмана, комсомольца 1930-х гг., который родился на Волге и работал в течение многих лет после окончания сельскохозяйственного вуза им.Энгельса преподавателем в Гуссенбахском техникуме. С 1937 и до призыва в советскую армию Виктор Штраухман был членом открытого кантонского комсомольского комитета. После войны проживал в Омской области, работал главным агрономом Суховского совхоза Горьковского района. Его подвиг отмечен орденом Отечественной войны II степени и многими медалями.

Штаб-офицер Петр Эйсфельд

В 1973 Георгий Рау рассказал о боевом пути штаб-офицера Петра Эйсфельда. С 1929 года он служил кадровым офицером, получил своё боевое крещение при освобождении Бессарабии.

В Финском военном походе был отмечен высокой правительственной наградой. В 1941 он был слушателем заочного факультета иностранных языков при МГУ. В тот же день лейтенант Пётр Эйсфельд отправился на фронт под Дубно, где в неравном бою его полк сражался с врагом.

Петр Эйсфельд полностью окунулся в штабную работу: как первый заместитель начальника полка он работал днём и ночью. Малейшие изменения позиции врага отмечал на карте, чтобы при планировании военных операций точно рассчитать и наносить удары по врагу. Не хватало оружия, боеприпасов, продовольствия и медикаментов. Однако сопротивление советских войск возрастало с каждым днём. Темп наступления противника постоянно замедлялся. Героизм красноармейцев приобрел масштабность.

В это время с Петром Эйсфельдом произошёл случай, о котором он охотно вспоминал. Нужно было попасть в место расположения фашистов, для того чтобы достать опытного немецкого офицера. С пункта наблюдения, находящегося в тылу врага, можно было точно наблюдать смену караула и охраняемые часовыми участки. Чтобы беспрепятственно внедриться в тыл врага, нужно было лишь знать вражеский пароль. Так как без хорошего знания немецкого языка успех операции стоял под сомнением, командование предложило Петру Эйсфельду сопровождать разведчиков.

Ночью, под командованием лейтенанта, они подкрались к месту, где при обходе обычно встречались два часовых. Нужно было за какие-то мгновения захватить фашиста, который окажется там первым, ещё до того момента, когда к месту встречи прибудет второй. Лейтенант находился в боевой готовности, разведчики неподалёку ожидали начала операции.

И тут с левой стороны появился первый постовой. Эйсфельд сделал пару шагов ему на встречу и вполголоса крикнул: «Стой! Кто там? Пароль?»

«Штык!» – во весь голос ответил тот.

«Тссс… Не кричи ты так!»…

…Разведчики шли через территорию врага. Всё было тихо. Пароль беспрепятственно вёл всё глубже в тыл врага.

Перед бункером, через дверной проем которого на ступеньки из берёзовых поленьев падал тонкий лучик света, туда-сюда ходил часовой. «Жильё офицера!» – догадались разведчики. Без единого звука часовой был «снят». Старший лейтенант, который на тот момент брился в одной рубашке, был изрядно напуган, когда в зеркале, позади себя, увидел группу советских солдат, направляющих на него свои пистолеты. Так как высокий господин больше всего любил свою жизнь, по дороге назад он не доставлял трудностей бесстрашным бойцам.

В штабе выяснилось, что группа Петра Эйсфельда поймала важную птицу – начальника штаба полка собственной персоной, который охотно выложил особо важную для штаба информацию.

Во время войны Петр Эйсфельд принимал участие в боях под Харьковом, участвовал в освобождении Днепропетровска, Одессы и Тирасполя. Был ранен, лечился в госпиталях. Участвовал в освобождении Австрии. Май 1945 встретил в Коттбусе (Германия). 28 мая 1946 года Петр Эйсфельд вернулся к семье в Казахстан, до ухода на заслуженный отдых работал в алма-атинской типографии.

Рядовой Яков Рихерт

Автор статьи «Сын Кулундинских степей» (1974) член СП СССР Вольдемар Гердт рассказал, как встретил первые дни войны Яков Рихерт. Летом 1941 года Яков служил в 324-м артиллерийском полку на польской границе недалеко от города Перемышля. 22 июня Яков должен был вернуться домой после службы на границе, но со стороны польской границы раздались выстрелы.

«Возможно, снова арестовали нарушителей границы», – промелькнуло в голове Якова. Когда он вышел во двор, то увидел огромный пожар, лучи фар метались по крышам бараков, раздавались выстрелы, пули врезались в стены домов. Взрывы и рёв самолета сотрясали воздух. В этой путанице были слышны крики первых жертв гитлеровских оккупантов. Как снежинки сыпались фашистские листовки с неба. В них говорилось: «Русские! Сдавайтесь! Сопротивление бесполезно!»

«Мы топтали эти клочки бумаги в грязи и вступали в неравный бой. После двух дней боев нашей группе во главе с храбрым командиром Антоновым удалось разорвать кольцо враждебного окружения», – вспоминал Яков Рихерт. Яков единственный знал немецкий язык, и ему комиссар предложил выступить переводчиком при допросе двух пленных, которые не хотели отвечать на вопросы. Однако после того, как они услышали, что переводчик также как и они говорит на платдойч, стали более разговорчивыми. Но перевод и допрос пленных были не главной задачей рядового Рихерта.

За отвагу, проявленную Яковом в нескольких сражениях, его подвиг был отмечен орденами и медалями. После войны вернулся на Алтай в родную деревню Aнаньевка, в которой он был известен как один из активных членов комсомола и хороший тракторист.

Работал бригадиром тракторной бригады до выхода на пенсию. Среди наград за подвиги в Великой Отечественной войне прибавились три правительственные награды за добросовестный труд на мирном фронте.

Вот что написала его внучка: «Яков Яковлевич родился 22.09.1913 г. в селе Хортица Славгородского района. В 1939-м его забрали в Красную Армию. В первые дни войны был на границе с Польшей (2-й Белорусский фронт).

Наград было много, среди них «За оборону Киева», «За освоение целины», «За трудовую доблесть». Летом 1949 вернулся домой. Умер 21 декабря 2003».

Солдат Иван Дизендорф

И.Дизендорф был призван в 4-й Ижевский заградительный полк в июле 1941 г.. Был тяжело ранен, после госпиталя направлен солдатом действующего 765-го заградительного полка, 5-й гвардейской дивизии и участвовал в битве под Москвой в качестве связиста, штабного писаря и переводчика. В феврале 1942 года после тяжёлого ранения отправлен в тыл. С 1943 проживал в с. Подсосново (Алтайский край).

Вот как вспоминает свой фронтовой путь солдат Дизендорф: «В первые дни Великой Отечественной войны советская армия вела тяжелые бои против численно превосходящего противника. Фашисты, покорившие половину Европы, рассчитывали на молниеносную войну, хотели победить нас краткосрочной кампанией. Однако они ошиблись в расчетах. Да, мы отступали вначале, чтобы позднее снова пойти вперед. Однако даже при отступлении наши войска защищали каждую пядь родной земли и вели с оккупантами упорные бои. Я был счастлив тогда быть солдатом на фронте, постоять за себя… Тридцать лет прошло со дня исторической победы советского народа над гитлеровской Германией. Ужасные раны войны затянулись, разрушенные города и деревни восстановлены. Однако воспоминания о невиданном ранее героизме нашей армии и всего советского народа остаются на вечные времена». Воспоминания Ивана Дизендорфа были опубликованы в 1975 году.

Старший сержант Йохан Дик

В 1976 году 8 мая газета «Роте Фане» разместила статью члена СП СССР Эдмунда Гюнтера «Дорога сквозь огненный дождь».

«Эта неожиданная встреча состоялась в 1954 году в центре Славгорода. Два товарища – Йохан Дик (на фронте названный Ваня) и Александр Будков кинулись обнимать друг друга, так как были взволнованы неожиданной встречей. Полк, в котором служил старший сержант Йохан Дик, располагался на левом берегу Днепра. Пушечные раскаты с Запада приближались, вспышки освещали ночную темноту. Днепр казался то тёмным зеркалом, то огненным штормом. В это время командир полка связи Лопатин даёт боевое задание: установить связь с передовой позицией на другом берегу. Но как же проложить провод под обстрелом по дну реки, чтобы он не был повреждён? На раздумья времени не было. Находчивость, решительность, смекалка – это было то, что требовалось в такой ситуации командиру отделения Йохану Дику. И уже в 11 часов вечера Лопатин получил сообщение: «Связь установил старший сержант Дик. Приказ выполнен!» Конечно, это было чудом! Ведь от берега до передовой линии фронта 5 км!!!

Этой связной группе не удалось вернуться назад. Уже перед рассветом было получено предупреждение: начинается наступление вражеских вооружённых сил, авиации и парашютистов. Началась кровавая битва. Небо и земля тонули в огне и дыме. Враг продолжал наступление. Много фашистов нашли здесь свою смерть. Многих жертв стоило это и нашим. Никогда больше не встретился Йоханн Дюк со своими товарищами Павлом Скрипецом, Петром Костырей, Григорием Новокшоновым. Он и сам был причислен к погибшим.

Командир отделения связи Дик пережил и бомбовый удар на блиндаж на нижнем берегу Днепра, где он находился со своими боевыми товарищами Николаем Архиповым и Александром Головко, которые несмотря ни на что не покинули свой боевой пост… Марш-бросок через ночной заминированный врагом лес… Внезапный налёт авиации на военный поезд. Разбомбленные горящие вагоны… и снова и снова жертвы…

Тяжёлой была дорога фронтового солдата Йохана Дика. Он прошёл от Вязьмы до Днепра около 60 км за одну осеннюю ночь. А таких ночей было очень много. Йохан не щадил себя как солдат, как сын своей любимой родины…

На войне также бывают и счастливые моменты. Такое счастье было и у фронтового солдата Йохана Дика – он остался в живых. Он вернулся туда, где родился и вырос. Родился И.Дик в 1919 году, с.Гальбштадт Славгородского района Алтайского края. Призван в армию в 1940 г. славгородским военкоматом. Служил в Оренбургском военном округе с июня по сентябрь 1941 года рядовым, стрелком, старшим сержантом, связистом, помощником командира взвода. Боевой путь: Западный фронт. 44 армия 192 дивизия 616 стрелковый полк. Участвовал в обороне городов Смоленск, Ярцево. Награждён Орденом Отечественной войны 2-ст.; медалями: «20 лет Победы в ВОВ», «25 лет Победы в ВОВ», «За победу над Германией», «30 и 40 лет Победы в ВОВ». Был ранен 25.09.1941 г. под г. Подземском в правую голень. После войны руководил школой механизаторов. Умер в с. Гальбштадт 08.07.1989 года.

К его наградам военного времени были прибавлены награды за активное участие в восстановлении мирной жизни. До 1952 года он работал на стройках г.Челябинска, преподавателем СПТУ-22, участвовал в освоении целины, за что был награждён медалями «За освоение целины», «Ветеран труда».

Дни и ночи войны не забывал солдат Йохан Дик. Дороги через горящие леса и ледяные бури, ночные остановки в болотах и топях… Он чувствовал эти дороги всегда, не только сердцем, но и физически – ревматизм причинял сильную боль.Он всегда помнил о своих фронтовых товарищах Головко и Лопатине, Гудкове и Петелине, Скрипице и Новокшонове, Костыре и Раймере.

Он отыскал немногих своих товарищей. Нашёл Йохана Нейфельдта, о геройстве которого было написано в армейской газете в июле 1941. Йохан Дик искренне радовался, что Нейфельдт, как и он, вернулся в родной Алтай, в село Ананьевку.

Йохан Дик был горд, что внёс посильный вклад в большую Победу над фашизмом, что солнце мира ясно светит над его родиной-матерью.

Иван Нейфельд

Иван НейфельдУдалось найти биографические данные Ивана Петровича Нейфельда. Родился он 26.07.1918 г. в селе Григорьевка Ключевского района, ветеран Великой Отечественной войны, член КПСС. После войны работал председателем колхоза, председателем Сельского совета, уже выйдя на пенсию, помогал на полевых работах трактористом, никакой работы не боялся. Женился в 1939 году 21 мая на Петкер Елене Дмитриевне, переселенке с Амура. Умер 09.02.2010 года в Германии.

Его боевой путь был отмечен медалями «За добросовестный труд в ВОВ 1941-1945 гг.»; «50 лет вооружённых сил СССР»; «60 лет вооружённых сил СССР»; «70 лет вооружённых сил СССР»; «20 лет Победы»; «30 лет Победы»; «40 лет Победы»; «50 лет Победы»; «65 лет Победы»; «В честь 100-летия Георгия Жукова»; «За освоение целинных земель»; «Ветеран труда» и орденом «Отечественной войны II степени».

Александр Шнайдер

Александр ШнайдерШнайдер Александр Адамович родился в 1920 году в с. Эренфельд Энгельского района Саратовской области. На фронте с 27 июня 1941 года, через месяц был ранен и лечился в госпиталях Смоленска и Воронежа. В 1942 был отправлен под комендатуру в Алтайский край, Бурлинский район, село Цветополь, где проживали его родители, высланные из Саратовской области. Работал строителем, руки были золотые. В 1993 году выехал в Германию. Умер в ноябре 2004 году в Ринтельне (Германия). Награжден Орденом Отечественной войны II степени, медалями к 20, 30, 40 и 50 годам Победы в Великой Отечественной войне, трудовой подвиг в мирное время был отмечен медалью «За освоение Целинных и залежных земель». Воспитал с женой пятерых детей – четверых сыновей и одну дочь.

Лейтенант пехоты Петр Тиссен

«Каждый год в первых числах мая я начинаю вспоминать о Великой Отечественной войне. Вспоминаю о жестоких и безграничных преступлениях фашистов против народа. О жертвах нашего народа за свободу и веру в Победу, которую советская армия не только для нашего счастья добыла, но также для счастья и свободы людей Европы и всего мира.

В начале 1940 года я окончил военное училище. Наше государство много делало для того, чтобы быть готовым к военной обороне и усилить границы Советского Союза. В короткий срок нужно было выпустить квалифицированных командиров. Мы учились по 12 часов в день, по воскресеньям у нас проходили спортивные соревнования. Было нелегко, но мы не жаловались. И мы готовились к тяжёлой для нас войне. 15 июня 1941 года после окончания военного училища в звании лейтенанта пехоты я с моими друзьями был направлен в Великий Устюг (Котлас). Мы получили три дня выходных, чтобы поехать в Петрозаводск, в воинскую часть, в которую мы были распределены, но сразу попали на фронт. Я был назначен начальником поезда, который вёз нас к месту сражения. Фашисты одержали лёгкую победу в Европе. Мы противостояли сильной военной машине фашистов, которая стремительно перешла границы нашей Родины. Они хотели в один миг завоевать Ленинград, но ошиблись.

На протяжении восьми дней мы защищали город Сортовала, и только по приказу высшего руководства армии наша воинская часть отступила. К сожалению, я недолго был среди защитников Ленинграда. В декабре 1941 года наш полк был в расформирован, а я направлен в тыл, в трудармию, на строительство Челябинского металлургического комбината. Нашей стране нужен был металл для армии. Мы здесь ковали победу в тылу так же, как солдаты на войне. Более 30 лет наша страна живёт в мире, и это прекрасно. Мы, ветераны войны и труда, ценим это больше всего. Мы хорошо знаем, чего стоило нашему народу защитить Родину и обрести этот мир. Для нас День Победы – это особый праздник». Воспоминания Петра Корнеевича Тиссена были напечатаны в «Rote Fahne» 7 мая 1977 года.

http://daz.asia/ru/sovetskie-nemtsy-v-g ... oteches-2/
Интересует, фамилия Bangert из Dittel
фамилия Diener из Katharinenstadt/Marxstadt/Warenburg
фамилия Krug из Krazke
фамилия Kramer из Katharinenstadt

nesabudka61
Любитель
Сообщения: 19
Зарегистрирован: 04 мар 2020, 12:26
Благодарил (а): 71 раз
Поблагодарили: 3 раза

Поволжские немцы и Великая Отечественная война

Сообщение nesabudka61 » 25 май 2020, 00:51

благодарю Bangert за интересный материал Поволжские немцы и Великая отечественная война

pctuning0
Любитель
Сообщения: 3
Зарегистрирован: 01 окт 2020, 22:25
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 4 раза

Поволжские немцы и Великая Отечественная война

Сообщение pctuning0 » 02 окт 2020, 13:42

Извините, если нельзя повторятся, но размещу тут копию сообщения из другой темы.

Уважаемые форумчане, прошу помощи в поиске родственников найденного солдата!
Республика Беларусь, Могилевская область, Славгородский район, в 1,5 км к югу от деревни Поповка
В результате поисковой экспедиции был найден солдат РККА.
При нем сохранился документ: Квитанция о сдаче паспорта в военкомат. и фрагменты комсомольского билета.
Изображение

Изображение

Изображение

Удалось прочесть:
Паспорт выдан в Январе 1941
Беккер Гейнрих Хр...... Обердорф
Паспорт сдан в военкомат в Апрель 1941

Будем рады любой помощи в поиске и прочтении.

Кончиков Павел Владимирович, руководитель поисковой группы "Днепровский рубеж", поисковый клуб "ВИККРУ" г.Могилев.

pctuning0
Любитель
Сообщения: 3
Зарегистрирован: 01 окт 2020, 22:25
Благодарил (а): 1 раз
Поблагодарили: 4 раза

Поволжские немцы и Великая Отечественная война

Сообщение pctuning0 » 02 окт 2020, 13:43

По ОБД солдат не проходит!

Ответить

Вернуться в «Страницы истории»