Воспоминания очевидцев депортации

Вопросы, связанные с депортацией российских немцев в 1941 г.; трудармия и спецпоселения; книги памяти трудармейцев; поиск трудармейцев.
Депортация по эшелонам
Наталия
Постоянный участник
Сообщения: 6085
Зарегистрирован: 07 янв 2011, 21:55
Благодарил (а): 10161 раз
Поблагодарили: 23370 раз

Воспоминания очевидцев депортации

Сообщение Наталия » 10 янв 2011, 21:37

Воспоминания очевидца депортации 1941 года Антропова Александра Михайловича,
жителя села Сосновки(Сусанненталя).


История вопроса.
Я (Наталия) нашла в Интернете информацию об историко-краеведческом музее Подлесновской средней школы(кол.Унтервальден). Написала туда письмо. И вот только-что получила ответ от руководителя этого музея.
А вместе с ним два приложения.Одно из них - воспоминания местного краеведа Антропова А.М.
Он пишет о том, как проходила депортация населения Сосновки(Сусанненталя). Поскольку его отец был русский, а мать-немка, их семью не выселили и он всю жизнь прожил в тех местах. К сожалению, в 2009 г. Антропов А.М.умер.

 Воспоминания Антропова А.М


Андропов А.М.
Как это было

В 1941 году я окончил 7 классов Унтервальдской средней школы. 22 июня 1941 года началась
Великая отечественная война. 6 июня 1941 года мы проводили отца в Красную армию. В начале августа мы получили письмо, что он находится на формирование в запасном полку.
Рано утром 28 августа я пошел к речке за водой и увидел с переправы к пристани Воскресенск (первая переправа приходила к 6 утра), шли пассажиры и среди них был военный. И я узнал своего отца.
Я спросил его: - Что случилось?
Отец, мне и говорит: - Меня вызвали в штаб, вручили запечатанный пакет, и сказали срочно вылетай в Унтервальден, по прибытии я должен был доложить местным властям, что прибыл в их распоряжение и передать пакет.
К вечеру 28 августа 1941 года пристал пароход к нашему берегу и выгрузилось военное подразделение (численностью около 100 человек). Красноармейцы разместились в школе. Вечером этого дня молодежь как обычно пошла в наш районный скверик, там была танцплощадка, играла музыка, в бильярдной играли в бильярд, шахматы и шашки. Около 10 часов появился наш военрук и стал собирать учеников старших классов. Собрал около 30 человек и повел во второе школьное здание. Там были работники нашей милиции и командиры военного подразделения.
Начальник милиции объявил нам, что мы должны составить списки жителей сел нашего района согласно домовых книг, которые были доставлены из сельских советов. Я составлял списки семей из степного села. Семьи были большие от 7 до 11 человек. Списки я написал к 9 часам утра 29 августа. Меня отпустили домой, и я пошел спать на сеновал. Около двух часов дня меня разбудила моя сестра Нина сказала мне, что бы я вставал, и что нас выселяют. Газеты доставили самолетом Ан-2, в газете был опубликован Указ Президиума Верховного Совета СССР о переселении немцев, живущих в республики немцев поволжья (АССР Н.П.) в районы Сибири, Казахстана, Алтайского края. После получения газеты с указом, началось обсуждение указа, люди высказывали свое мнение. Очень много вызывало сомнение и несогласие с тем, что было указано «По достоверным данным полученным военными властями, среди немецкого населения находятся тысячи и десятки тысяч диверсантов и шпионов, которые по сигналу, данному из Германии, должны произвести взрывы в районах заселенными немцами Поволжья. Немцы, проживающие в Поволжье о таком большом количестве диверсантов Советским Властям не сообщали, следовательно, немецкое население проживающее в районах Поволжья скрывает в своей среде врагов Советской власти». Поэтому Президиум верховного Совета СССР признал необходимость переселить все немецкое население в районы Новосибирской, Омской областей, Алтайского края, Казахстана и другие соседние местности. Переселенные должны были наделены землей, и чтобы им была оказана государственная помощь по устройству в новых районах.
Ознакомившись с указом люди, были в шоке. Стало всем ясно появление военного подразделения, почему в срочном порядке мы ученики составляли списки немецких семей. Задача моего отца была присутствовать при передачи дел Советским властям. Он хорошо знал немецкий язык и работал с 1940 года инструктором РК ВКП (б). А 1938-1939 работал начальником райконторы связи (почты) и знал по сути весь Унтервальдский район. На следующий день председатель сельского совета Сосновки и председатель колхоза созвали сход граждан и обсудили с народом что нужно подготовить для переселения.
Председателем сельского совета с. Сосновки была женщина, она получила от районных властей указание, что нужно делать. Председатель сельского совета объявила гражданам:
1. Граждане должны быть готовы к переселению ко 2 сентября 1941 года.
2. Каждая семья должна взять груза до 1 тонны весом.
3. Все вещи должны быть упакованы в мягкой таре (тюки).
4. Разрешается брать на семью один сундук (ящик) в котором можно сложить кухонную посуду и другую хозяйственную утварь весом не более 70 килограммов.
5. У кого есть зерно можно сдать на хлебоприемный пункт и получить квитанцию, по прибытию на новое место поселения государство согласно квитанции возвращает зерно и скот.
Но таких в с. Сосновка было несколько семей, которые успели сдать скот и зерно. Председатель объявил, что бригада занятая посевом озимой ржи должны за два дня посеять оставшиеся семена и оставить технику на бригадном станке.
3 сентября 1941 года через посыльных председатель сельского совета сообщила, что все граждане должны к 11 часам перед своим домом выносить вещи. Вывоз груза начнется к 12 часам на берегу Волги.
3 сентября 1941 года в сельском совете разместилась новая власть, председатель от воинского подразделения (пожилой мужчина и два красноармейца). В Сосновке остались две семьи Басурины – 6 человек и Антроповы.
3. 09.41года все село было перевезено на берег Волги, и началась погрузка вещей переселяемых на баржу. Около 17 часов, главный на барже объявил через громкоговоритель: - «Прошу всех распрощаться с провожатыми и пройти на баржу, через 30 минут отплываем!».
Какой здесь начался галдежь. Женщины начали кричать, что у нас в поле около 10 человек заканчивают сев озимых. Срочно за ними отправили людей и их привезли с поля. Отплытие баржи задерживалось на два часа. Вот так в короткие сроки было выселено население села. В селе кроме наших двух семей было несколько семей беженцев. Село осталось пустое, скот бродил по улицам, коровы ревут их некому было доить, собаки выли многие были на привязи. Сентябрь был жаркий, воды нет, корма нет. Я с Виктором Басуриным ходил по всем дворам, отвязывали собак, калитки открывали и привязывали, чтобы ветром не закрывались. В общем, было жутко в селе без жителей.
Райцентр Унтервальден (с. Подлесное) село, его жителей увезли 20 сентября 1941 года. В Сосновку первые жители приехали из Георгиевки Духовницкого района 23 человека во главе старшего Варламов П.Ф., Попов В.Ф. и еще мужчина и с ним 20 женщин которые приняли скот. Их главная работа была доить скот. Организованно первые переселенцы прибыли 3 октября 1941 года из Старобельского района Ворошиловоградской области Украины. Прнивезли их на сельскую площадь их них половину оставили в Унтервальдене (Подлесное), а остальную половину заселили в село Кинд (Баскатовка) в колхоз «Путь к социализму».
На следующий день тоесть 4 октября 1941 года приехали жители которые заселились в село Ремлер (Михайловка). Так постепенно заселились земли бывшей республики немцев Поволжья. Крупное заселение освободившийся земли происходило в 1942 году и в последующие годы из Пензенской и Ульяновской области и из разных районов Саратовской области.
Интересуют:
- Schmidt aus Susannental, Basel
- Oppermann(Obermann), Knippel aus Brockhausen, Sichelberg
- Sinner aus Schilling,Basel
- Ludwig aus Boregard
- Weinberg aus Bettinger
- Schadt aus Schilling
- Krümmel aus Kano,Basel,Zürich
- Hahn aus Glarus

Аватара пользователя
Alex Brester
Модератор
Сообщения: 1356
Зарегистрирован: 04 янв 2011, 14:45
Благодарил (а): 659 раз
Поблагодарили: 2367 раз

Re: Воспоминания очевидцев депортации

Сообщение Alex Brester » 27 июл 2014, 15:57

Красноярский Мемориал выложил новые интервью из экспедиции этого года.

Аватара пользователя
vikmai
Постоянный участник
Сообщения: 481
Зарегистрирован: 09 янв 2011, 21:17
Благодарил (а): 342 раза
Поблагодарили: 2128 раз

Re: Воспоминания очевидцев депортации

Сообщение vikmai » 24 авг 2014, 18:52

Это воспоминание отца решил выставить, потому что во время войны колхозный труд в большей части держался в малых деревнях на таких стариках.

Два старика.


В конце сентября 1941 года по воле судьбы мы оказались в глухой сибирской деревне Бурлаки.
Почему эта деревня получила столь странное название, которое больше подошло бы для населенного пункта на Волге, а не в Сибири, я не знаю.

Эта деревня и её окрестности были совершенно не похожи на наше село в Поволжье. Для нас это был совершенно другой мир. Поэтому я вместе со своим двоюродным братом Кляйн Александром с первых же дней стал с интересом исследовать деревню.

Рядом с Бурлаками находилось большое озеро. Вернее сказать, сама деревня располагалась у озера, так как она имела всего одну улицу, которая дугой вытянулась вдоль берега водоема. Этот маленький населенный пункт имел дворов 70, протяженность же его составляла порядка два километра. Дворы располагались далеко друг от друга. У каждого имелся большой огород.
В одном конце деревни находилась школа - четырехлетка, а на другом - старая ветряная мельница.

Эта мельница и стала нашим первым объектом исследования. Мельником был горбатый старик с большой белой бородой, он с трудом ходил опираясь на палку. Мы удивлялись - как может этот старец выполнять такую тяжелую работу?! Но когда мы заглянули в открытую дверь мельницы и увидели как ловко старик управляется со своими делами, решили, что он еще ничего, есть еще в нем силы. А сгорбился он потому, что всю жизнь приходилось таскать ему тяжелые мешки с мукой. Мельницу приходилось постоянно поворачивать, чтобы "поймать ветер". И если у мельника не было рядом помощников, он в одиночку устанавливал её в нужное положение.

Это был удивительно тихий, добрый человек. Если кому-то нужно было смолоть зерно, он никогда не отказывал, причем не делая различия между местными жителями и депортированными немцами. Зная бедственное положение депортированных, он никогда не брал с них плату за помол.

В середине села недалеко от колхозного двора находилась кузня. Это была небольшая избушка с трубой, из которой постоянно шел дым. Кузнецом работал тоже старик, пожалуй, такой же старый, как и мельник. Но ростом он был много выше мельника и борода у него была черная, стриженная.

Однажды, набравшись смелости, мы с Александром решились зайти в кузню.

Не зная русского языка, не зная, что и как сказать, мы в нерешительности остановились у двери и стали наблюдать.

Кузнец со своим молотобойцем ковали на наковальне раскаленную подкову.

Старик разговаривал со своим помощником, не замечая нас.
Но затем вдруг громко и очень грозно, как нам показалось, глядя на нас закричал:
" Schwein, Hund - raus!"

Мы, испугавшись, выскочили из кузни и со всех ног побежали домой.

Объяснение случившемуся пришло значительно позже. Как мы потом узнали, в I мировую войну молодым солдатом кузнец оказался в плену в Германии, где и выучил немного немецкий. И он просто решил пошутить над нами, напугать.

Как позже оказалось, был он не таким уж грозным.

В дальнейшей нашей сибирской жизни мы часто заходили к нему в кузню, чтобы разжиться кусочком железа для добывания огня. Спичек во время войны не было. Мы же мальчишки 12-14 лет все курили как заправские мужики.
Если случалось свободное время садились с ним перекурить на скамеечку возле кузни, и в эти минуты старый солдат любил рассказывать нам о войне 1914 года, о Германии.

Аватара пользователя
vikmai
Постоянный участник
Сообщения: 481
Зарегистрирован: 09 янв 2011, 21:17
Благодарил (а): 342 раза
Поблагодарили: 2128 раз

Re: Воспоминания очевидцев депортации

Сообщение vikmai » 13 сен 2014, 23:41

Из рукописи Шмидт Виктора(1935 г.р.) депортированного из Дрейшпиц.

Было начало сентября, когда весь обоз покинул село. Нам досталась подвода запряженная волами. Не знаю от чего но мы дети радовались, что едем куда-то. Мама ругала нас, когда мы радовались и перекликались с другими, а отец наш говорит: пусть радуются, может это последний раз в их жизни. Отец наш как и другие шел рядом с повозкой и иногда срывал подсолнечные шляпы и кормил быков которые с удоволствием съедали эти шляпы.( Все равно некому было убирать урожай.)
И так мы приехали в Камышин на ж/д станцию и выгрузили свои пожитки, а подводы ушли обратно за другими переселенцами.
На железнодорожной станции стояли " телячьи" вагоны как их называли, в которых возили кроме разных грузов еще скот. В этих вагонах должны ехать теперь люди-переселенцы, т.е.- мы все немцы СССР.
Наш отец вместе с другими подкатили вагон ближе, застопорили его, занесли плахи и брусья, которые лежали здесь рядом штабелем. В вагоне они прибивали брусья, а на брусья ложили плахи и получались такие площадки - нары, на которых и под которыми сидели и лежали люди. Мы попали на нары, потому что отец наш сам строил эти нары.
Какого сентября нас отправили из Камышина - мы тоже не знаем. Я помню только, как наш поезд остановился, и мама с другими женщинами пошла через пути, чтобы разжечь костер и сварить на поставленных кирпичах или камнях обед. Я тоже побежал за нею через путь, перед движущимся паровозом. Машинист так просигналил громко, что от страха я упал и паровоз прошел мимо меня. А в это время наша бабушка Кляйн схватила меня, отшлепала как надо и занесла в вагон. Я плакал так долго, что помню это до сих пор. Нет не от боли я плакал, хотя это тоже было причиной, но больше всего мне было обидно, что я больше не мог стоять рядом с мамой, когда она разжигала "печь" - два - три камня или кирпича и между ними огонь, а сверх сковорода или чугунка.
Поезд останавливался очень часто и днем и ночью пропуская поезда идущие на Восток с демонтированными заводами и фабриками, а так же санитарными вагонами. С Востока шли поезда на фронт с солдатами, продуктами, танками.
Таким образом нас довезли до Сибири. Конечно Сибирь очень большая, но мы попали в Западную Сибирь, которая начинается от Уральских гор и тянется на Восток.
Привезли нас в Омскую область Омутинский район на ж/д станцию Вагай. ( с 1944- Тюменская область).
Было это во вторник 23 сентября 1941 года, в пасмурный холодный день.
Под вечер привезли нас в деревню "Одина" - колхоз " Красный Броневик", Володинского с/с Юргинского района.
Четыре семьи - четырнадцать человек, подвезли к крестовому дому и заехали во двор, где стояли по правой стороне три склада: один амбар и два сарая. По левой стороне был заплот из бревен, а потом еще один амбар и сарай без крыши. Амбары и сарай были складами и их двери были закрыты на замки.
Двор был большой, стояла еще изба- конюшня с сенями, рядом не далеко был колодец.- журавель. За складами стояли еще конюшня и коровник.
Пока наши родители заносили в дом вещи, мы ребятишки во главе с Лео Кляйн - нашего двоюродного брата все это хозяйство обследовали.
Изображение
В меньшую комнату слева от входа поселилась мы пятеро: наши родители и мы три брата. Рядом с нами в большую комнату поселилась: наша бабушка Кляйн Елизавета, её внуки Адольф, Лео и Мария, тетя Сельма - бабушкина сноха с детьми - Виктором и Вильмой. В третьей комнате, где была "русская печь" поселились две женщины: Анна со взрослой дочерью Полиной.
Дом в который нас поселили имел четыре комнаты, но первая комната - входная зимой не отапливалась. Там просто не было печи. а стена "русской" печи, выходящая в эту комнату давала мало тепла и зимой там был куржак, на обеих окнах. Проще сказать - холодная прихожая, где стояли наши ящики с сухарями и другими продуктами, которые привезли с Волги.
Наши родители привезли с Волги свою койку-двухспалку, на которой мы все улеглись спать в первую сибирскую ночь. На завтра наш отец и двоюродный брат Адольф Кляйн во дворе нашли доски и начали делать скамейки, чтобы на них можно было сидеть.
Дом этот был до войны колхозной конторой и возможно его освободили незадолго до нашего приезда.
Двери были таким образом, чтобы можно было пройти все комнаты и из каждой комнаты выйти наружу.
В каждой комнате стоял стол, обыкновенный и табурет и больше ничего.
Как позже выяснилось в этом доме жила семья большая до тридцатых годов.
Началась коллективизация и эта семья просто уехала куда-то и остался этот дом стоять пустым, но нашлись родственники этого хозяйна и стали в нем жить, но их позже хотели принять в колхоз, а они отказались и их выселили в Ново-Ростовку, где уже жили выселенцы и дом стал конторой колхоза.
В этой деревне было два колхоза - один по одну сторону речки, а другой по другую сторону. Позже их слили в один колхоз и стал он называться колхоз "Красный броневик".
Отец сделал нам две скамейки. Одну скамейку ставили перед столом на день, а на ночь ставили перед койкой, чтобы расширить койку. Другую скамейку поставили как бы на постоянно за столом. Потом отец взялся за работу по изготовлению "осла". "Осел"- это складная кровать для маленького Вовы- нашего младшего брата. Так как наша бабушка привезла в Сибирь свою пряху и немного шерсти, то она начала прясть эту шерсть. Чтобы удобней было мотать пряжу отец сделал моталку, на которую позже столько мотали пряжи(чужой).
Конечно к нам приходили соседи посмотреть на немцев, из-за которых идет война. Знакомились и они узнавали, что мы такие же советские люди, как и они. Только они родились в Сибири, а мы на Волге.
Первым нашим гостем из русских был сосед Шаховцев, которого поставили ночным сторожем у нас во дворе - охранять склады. В первый же вечер как только мы зашли в дом старик зашел к нам и объяснил, что он будет здесь каждую ночь ходить по двору. Кое-как отец его понял( отец знал немного русский яз.) и теперь старик часто заходил в нашу комнату и приносил иногда какой-нибудь гостинец съедобный для нашего брата Вовы. Однажды он принес даже кусочек сахара. Вова наш был очень стеснительный, он всегда прятал голову или закрывал глаза.
Отец наш днями уходил куда-то, со многими встречался. Большинство людей в деревне были хорошие, гостеприимные, и мы позже это тоже узнали. Конечно, как говорится в народной поговорке: "В семье не без урода", так и в любом месте наряду с добрыми людьми - встречаются и вредные, и злые. Так же было и в нашей деревне , и в других деревнях. Но плохих всегда меньше, чем хороших. И это уже хорошо.

golos
Постоянный участник
Сообщения: 1117
Зарегистрирован: 07 дек 2011, 21:03
Благодарил (а): 4372 раза
Поблагодарили: 4453 раза

Re: Воспоминания очевидцев депортации

Сообщение golos » 16 дек 2014, 18:47

Из исследовательской работы Чешевой Марии Владимировны
на тему "История российских немцев в судьбах людей"

Воспоминания Эммы Филипповны Ганус

Выселение – это расставание с отчим домом, с родными местами, это нарушение связи с прошлым. Покинуть родные места пришлось и семье Ганус Эммы Филипповны (двоюродной сестры моей бабушки) Она вспоминает: Меня, одиннадцатилетнюю девочку, эти спешные сборы, тихие разговоры о предстоящей поездке не волновали и не заботили, я находилась в предвкушении предстоящей поездки и мысленно торопила время, которого так не хватало моим родителям, чтобы взять всё необходимое для многодетной семьи. Но увлекательное путешествие сразу же превратилось в пытку. Ехали в товарных вагонах, предназначенных для перевозки скота. Не было элементарных условий, взрослые и дети ели и спали на полу. Еды было немного, но и она быстро закончилась. Поезд редко останавливался на полустанках, а это была единственная возможность наполнить кружки кипятком. И мы, дети, старались помочь. А потом прижимались к матерям и ни о чём не просили, зная, что есть младшие сестрёнки и братишки, а когда будет очередная остановка никто не знал. Так и ехали..."
http://pedsovet.org/component/option,com_mtree/task,viewlink/link_id,160974/Itemid,118/

Аватара пользователя
Bangert
Постоянный участник
Сообщения: 1576
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 18:50
Благодарил (а): 6487 раз
Поблагодарили: 6136 раз

Re: Воспоминания очевидцев депортации

Сообщение Bangert » 29 дек 2014, 18:27

Рясков Николай: другие произведения.

От войны до тюрьмы

Воспоминания рядового пехотинца Великой войны

В конце лета 1941 года десятка полтора наших сельских подростков - девчонок и мальчишек, в том числе и я - были отправлены по Волге в Унтервальденский район республики немцев Поволжья. Все немецкое население срочно, в пожарном порядке, выселялось и отправлялось по железной дороге на Восток. Наша задача состояла в том, чтобы поддержать оставленное хозяйство, сберечь собранный урожай, животных.
По улицам немецких сел бегали ничейные куры, гуси с гусятками безмятежно плавали в пруду. По двору бродили доведенные голодом до безумия свиньи. Некормленные лошади покорно стояли на привязи, более счастливые гуляли без присмотра на воле. А собранный урожай хлеба в длинных ворохах лежал-томился под открытым небом.
Среди нас были и взрослые женщины с нашего села. Но что можно сделать таким количеством нашего сопливого контингента сельских "специалистов"? Хозяйская жизнь в нашем "немецком" колхозе еле-еле жила и теплилась. Как-то незаметно на улицах сел не стало бродячих животных, ничейных кур и гусей. Новые временные жители хозяйским оком заботливо их прибрали, скорее всего, в кастрюлю, нежели в курятник или двор. На территории нашей бригады от немцев осталась пчелиная пасека, постепенно и она перестала существовать, специалистов-пчеловодов средь нас не оказалось, но зато побаловаться медом учить не надо.
Само село, где мы жили, деревенские дворы и их окрестности были пустынны, нагоняли тоску, казались вымершими после чумы или мамаева нашествия. Не оглашались окрестности веселым петушиным пением, даже собачьего лая не слышно. Случалось, войдешь в пустую избу, одичавшая кошка шарахнется, не зная куда деться, тоскливо и обреченно замяукает, настороженно следит за каждым твоим движением, а, осмелев, молниеносно выскочит в окно или дверь, в которой ты только что стоял.
Поздней осенью я и еще кто-то из наших были отправлены домой, чтобы продолжить учебу в школе. Остальные мои товарищи - "специалисты сельского хозяйства" - вернулись по домам позже - зимой, когда немецкие села постепенно стали заселяться беженцами из западных областей, из Белоруссии и Украины.
Военкомат все чаще и больше стал уделять внимания и нам - пятнадцати-шестнадцатилетним подросткам. Из района в село прислали выздоравливающего после ранения в руку младшего лейтенанта. Он со всем рвением начал воспитывать и обучать нас, приучал к строю, дисциплине. Изучали устройство винтовки. До сих пор въелось, сохранилось как мозоль на мозгах - "стебель - гребень, рукоятка..."
Занятия проходили в школе, после уроков. Помню некоторых своих товарищей: Гриню Валяева, Яшку Грязнова, Устинку Зазоркина, Петьку Манюшкина, Климанцова и других. Пока на занятии не было командира, Валяев любил пошутить с винтовкой, выделывая с ней всякие манипуляции. "Знаете, как солдат идет в столовую? Винтовка у него вот так, по земле волокется, а из столовой - вот так!" Гриня брал её на плечо, как на параде, топал задирая выше ногу... Веселый был парень.


О Саратовском училище в памяти остались смутные воспоминания. Располагалось оно на окраине города, рядом высилась гора Приволжской возвышенности. Учебные одноэтажные здания-казармы, во дворе на случай бомбежки траншеи-укрытия для личного состава, а в дальнем конце двора, наверное, как наглядное пособие стоит небольшой фашистский танк. Я много раз с любопытством разглядывал его, эту непонятную диковинку, она своей угрюмостью порождала во мне мрачные ассоциации. Как-то не верилось, чтоб эта ржавая тяжелая железяка двигалась, наводила страх, плевалась огнем, в ней сидели настоящие живые фашисты и со своим "Drank nah Oster!" ползли, убивая наших людей и не обязательно военных. Мечтали доехать до Волги и Урала.
Не знаю, к сожалению, или к счастью, но мы в Саратовском пехотном училище не задержались. Большой группой человек сто-сто пятьдесят снова отправились дальше, вниз по Волге, до Красноармейска, по-тогдашнему город Бальцер республики немцев Поволжья, где создавалось пулеметное училище. Километров восемнадцать-двадцать от реки прошагали ночью пешком. Городок небольшой, коренные жители в начале войны насильно выселены на Восток. Даже в 42-м улицы города оставались пустынными, казались вымершими, мирных, гражданских жителей совсем не видно, кто был - и те временные - переселенцы-беженцы с Запада.
Тут, в Бальцере, нами - новобранцами, казалось, никто не интересовался. Зачем пригнали? Жили и ночевали где придется. Помню, я ночевал где-то в сарае на сеновале. Ясно, какая-то несогласованность. Говорили: вместо нас тут будут обучать каких-то недоученных летчиков. Порой нас заставляли кое-что делать, но от этого можно было легко уклониться. Мы не были обмундированы и военнообязанными себя совсем не чувствовали.
Мне пришлось с товарищами копать какие-то ямы, траншеи. Как питались и чем - совершенно не помню, в столовую, если она там была, нас не водили. Наверно, еще были домашние запасы, но едва ли.
Как оказалось, и тут в Бальцере мы не пришлись "ко двору". Собрали нас, построили в походную колонну и опять тем же путем - к реке.
Поплыли на пароходе вверх по Волге. Прошли мимо Саратова, Вольска, все ближе и ближе к родным местам. Наконец, выгрузились в небольшом волжском городке Балаково. Совсем близко, напрямую километров восемьдесят-сто - до моего дорогого Богородска. Тоска о нем невыносимая, отпустили бы, я б как заяц, напрямую бегом, за сутки бы дошел.
В официальных справочниках и документах училище называлось Симферопольским пулеметно-минометным, в самом же деле временно находилось в городе Балаково Саратовской области, а в разговорном обиходе курсантов именовалось просто Балаковским.
При поступлении в училище каждый его будущий курсант проходил мандатную комиссию, в функции которой входило опросить поступающего - на кого хочет учиться. Сначала я изъявил желание быть минометчиком, но как потом выяснилось, таких "умников" было большинство, поэтому офицер, ведавший этими вопросами, начал "уламывать": "Пишись в пулеметчики! Что ты грозное оружие на "самовар" меняешь!?" И действительно, не раз видел в кинофильмах "Если завтра война", "Неустрашимые", как одним станковым пулеметом отражались яростные, всесокрушающие кавалерийские атаки или наступления пехоты.
Это волновало тогда детское воображение. А Чапаева, которого мы все любили, кино про него смотрели по несколько раз, без пулеметов и представить невозможно. Я согласился овладеть этим грозным оружием. С этой минуты и стал считаться пулеметчиком. Тогда, по незнанию и неопытности, я не подозревал, какой тяжелый крест взялся нести.
Началась учеба, изнурительная муштра строевой подготовки, ружейных приемов штыкового боя, изучение материальной части оружия. Сборка и разборка его - до автоматизма. Бесконечное повторение пройденного материала.
Программа обучения была очень сжата во времени, то, что проходили в мирное время за несколько лет, нам предстояло одолеть в течение шести месяцев. И тем, кто усваивал материал, а затем на заключительных зачетах сдавал экзамен на "хорошо" и "отлично", присваивалось воинское звание лейтенант. Кто же сдавал на "удовлетворительно", становился младшим лейтенантом.

http://samlib.ru/e/egorow_w_a/otvoinyidoturmyi.shtml
Интересует, фамилия Bangert из Dittel
фамилия Diener из Katharinenstadt/Marxstadt/Warenburg
фамилия Krug из Krazke
фамилия Kramer из Katharinenstadt

Аватара пользователя
Bangert
Постоянный участник
Сообщения: 1576
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 18:50
Благодарил (а): 6487 раз
Поблагодарили: 6136 раз

Re: Воспоминания очевидцев депортации

Сообщение Bangert » 13 янв 2015, 16:55

"Die Hoffnung war stärker als das Elend"

Maria Mehl

Erinnerungen einer Wolgadeutschen.

ISBN 3-89668-045-5

Отрывок из книги о депортации из города Марксштадта Марии Меел, род.18.08.1937 в Марксштадте.
Отец, Фридрих Роберт, род. в1897 в Марксштадте. Мать Елизабет Роберт, урожд. Бопп, род. 11.02.1903 в Марксштадте.


Am 7 September morgens hieß es: "Heute werden die Arbeiterstraße, die Kujbischewstraße(da wohnten wir)und die Bebelstraße abtransportiert". Am 5 September sind die Leute aus Marxstadt ausgesiedelt worden, die Stadt war voll mit Soldaten und Milizarbeitern. Die Leute sagten, daß auf der Wiese nicht weit von der Stadt Kanonen zum schießen bereit stehen, denn man fürchtete, daß es einen Aufstand geben könnte. Aber die deutschen Menschen waren voller Angst und gingen weg von ihrem Hab und Gut, aus der Heimat und ihren Häusern, alles wurde stehen und liegen gelassen. Sie gingen davon wie geduldige Schafe, niemand meldete sich.
Am 7 September um 10 Uhr morgens kamen 4 Soldaten auf einem Lastwagen in unseren Hof hereingefahren und gaben das Komanndo: "Sachen aufladen!" Mein Vater und mein Bruder fingen an aufzuladen und wir brachten die leichteren Bündeln herbei, Unsere Nachbarsleute, es waren alle Russenfamilien, halfen auch mit. Die Frauen weinten, beteten, alle wünschen Glück und Segen, Gott soll uns behüten. Als schon alles aufgeladen war, kam ein Milizarbeiter in den Hof, sprang auf das Auto und fing an zu fluchen. Er gab das Kommando: "Runter mit den großen Kisten, auch das Bett runter!" So wurde wieder abgeladen. Dann schrie er: "Es reicht, vorwärts aus dem Hof raus!" Er sprach auf Russisch. So blieb manches liegen und stehen, was wir später so notwendig gebraucht hätten. Um 12 Uhr mittags fuhren wir aus unserem Hof, alle weinten, auch mein Vater. Das war für uns Kindern schrecklich , denn bisher hatten wir unseren Vater nie weinen gesehen. Später, als wir älter waren, konnten wir begreifen, wie es für unsere Eltern gewesen war, ihr ganzes Vermögen liegen und stehen lassen, für das sie ihr ganzes Leben fleißig gearbeitet hatten. Unser Haus hatten meine Eltern selbst gebaut im Jahre 1928. Wir waren drei kleine Kinder, aber sie schafften es mit Fleiß und Blut, alles schön zu machen. Das Holz hatten wir einige Jahre gesorgt. Wir Kinder brachten es auf Karren nach Hause und unser Bruder hackte es klein. Wir Mädchen haben es dann aufgesetzt. Die Eltern lobten uns für unseren Fleiß. Auf dem Dachboden lag Frucht, die für den ganzen Winter gereicht hätte. Alles wurde zurückgelassen. Was unsere Nachbarn nehmen konnten, als wir noch auf dem Hof waren, hatten sie genommen. Als wir weg fuhren, hat ein Milizarbeiter unser Haus zugeschlossen und den Hof auch.
Der Weg ging nach Engels, an der Eisenbahn wurde abgeladen. Es standen schon die Viehwaggons da. Manche Leute waren bereits in den Waggons. Die Verladung dauerte bis die Nacht. Die Waggons waren so voll, daß kein Apfel auf die Erde fallen konnte. In unserem Waggon waren 44 Menschen. Alle waren geduldig und hatten einander geholfen, so gut es ging.
Dann ging die Fahrt los, wohin wußte niemand. Wir Kinder freuten uns heimlich, daß wir einmal mit der Eisenbahn fahren konnten, denn niemand von uns hatte früher die Möglichkeit gehabt. Ich war nur einmal mit dem Schiff nach Saratov gefahren und sonst nirgendwohin. Selten redete jemand, die älteren Leute weinten meistens. Gefahren sind wir Richtung Ural, also hieß es: "Es geht nach Sibirien". Manchmal bekamen wir warmes Essen in den Großstädten. An manche kann ich mich noch erinnern: Uralsk, Dschambul, Tschimkent, Alma-Ata, Semipalatinsk. Wir Fuhren durch Südkaukasachstan, bis an die Station Tschu, dann ging es wieder Richtung Norden. Warum solch ein Umweg gemacht wurde, wusste niemand. Tagsüber standen wir oft stundenlang in den heißen Steppen Kasachstans. Manchmal kamen alte Kasachen auf Eseln und boten Wassermelonen zum verkauf an. Sie waren so süß und saftig. Fast jedesmal , wenn der Zug stand, sind die Leute ausgestiegen, um friesche Luft zu Schnappen, denn drin war es so heiß, daß man es nicht aushalten konnte. In unserem Waggon waren Leute aus mehreren Dörfern der Wolga-Republik, aus Enders, Schwede, Niedermonjou und Mariental. Die Marientaler waren gute Musikanten und ausgezeichnete Sänger. Wenn sie hörten, daß der Zug stand, sind die Männer ausgestiegen und fingen an zu spielen. Sie spielten alte Volkslieder und sangen dabei. Der Gesang schallte über die großen Steppen Kasachstans, und das war wunderbar. Es waren alle Bauern. Keiner hat sie gelernt zu musizieren oder zu singen. Manchmal haben sie Gotteslieder gesungen, aber ihnen war bange, und dennoch sangen sie "Großer Gott, wir loben dich", "Der goldene Rosenkranz" und noch viele Lieder, die ich nicht kannte, aber diese zwei konnte ich und sang mit meinem Vater auch mit.
Am 19 September abends, als die Sonne schon unter gegangen war, kamen wir an die Station Toptschicha im Altajgebiet an.
Интересует, фамилия Bangert из Dittel
фамилия Diener из Katharinenstadt/Marxstadt/Warenburg
фамилия Krug из Krazke
фамилия Kramer из Katharinenstadt

Diesendorf
Постоянный участник
Сообщения: 437
Зарегистрирован: 06 янв 2011, 16:37
Благодарил (а): 494 раза
Поблагодарили: 2947 раз

Re: Воспоминания очевидцев депортации

Сообщение Diesendorf » 13 янв 2015, 20:11

Да, все знакомо - мои близкие рассказывали почти то же самое. Да и эшелон, судя по описанию, тот же - № 869. Кстати, развернутые воспоминания о депортации этим эшелоном я прочел здесь впервые. И больше уже едва ли прочту - ведь взрослых пассажиров этого эшелона в живых, скорее всего, не осталось. Спасибо автору, запечатлевшему свои детские воспоминания вкупе с рассказами старших! Моя старшая сестра, появившаяся на свет в декабре 1937 г., увы, ничего об этом не помнит. А вторая сестра и подавно - ей было в момент депортации чуть больше года. Их сознательная жизнь началась, по сути дела, только в Топчихе. Я побывал там через 19 лет после депортации и еще через три десятилетия стал навещать бывший Марксштадт, а потому воочию представляю, каким кошмаром должно было показаться моим близким насильственное перемещение с Родины на богом забытую алтайскую станцию...

Аватара пользователя
Bangert
Постоянный участник
Сообщения: 1576
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 18:50
Благодарил (а): 6487 раз
Поблагодарили: 6136 раз

Re: Воспоминания очевидцев депортации

Сообщение Bangert » 14 янв 2015, 16:53

Diesendorf писал(а):


Да, все знакомо - мои близкие рассказывали почти то же самое. Да и эшелон, судя по описанию, тот же - № 869. Кстати, развернутые воспоминания о депортации этим эшелоном я прочел здесь впервые. И больше уже едва ли прочту - ведь взрослых пассажиров этого эшелона в живых, скорее всего, не осталось. Спасибо автору, запечатлевшему свои детские воспоминания вкупе с рассказами старших!

Нет, Виктор, нечто подобное вряд ли где ещё прочтёшь. Книга была написана в 1993 году, год рождения автора 1927. Мне книгу Мария Фёдоровна подарила в 2002, она была уже очень больна - сердце. В своей книге она упоминает ещё несколъко фамилий из Марксштадта.
Oft traf ich Frauen aus Marxstadt, die ich kannte, und wenn ich mit ihnen ins Gespräch kam, mußte ich immer weinen. Ich dachte:"Warum mußte unsere Mutter weg und diese Frauen können dableiben?" Aber wir waren nicht die einzigen. Alle deutschen Frauen, deren Kinder älter als 3 Jahre waren, müßten in die Trud-armee. Wie viele Kinder starben vor Hunger.
Im März 1943 zogen wir zu einer deutschen Familie, die 2 Kinder hatte (die Frau hieß Diesendorf Frida). Meine Schwester war nicht mehr so einsam.
Es war 29 Juli. Es klopfte an der Tür, Liesjen machte auf, da stand eine bekannte Frau. Sie hieß Frieda sabelfeld und sagte: "Liesjen, tanze mal!".


Сабельфельдов было в Марксштадте очень много. Незадолго до выезда в Германию, мама получила письмо из Топчихи. Писала её подружка по имени Кэти и если я не ошибаюсь тоже Сабельфельд, у нас были соседи Сабельфельд. Письмо было на немецком, я даже почерк помню, хотя оно было написано лет 25 назад и оно должно где то у меня лежать. И ещё вспомнилась одна Кети: в 1992 году мы прибыли во Фридланд, мама попала в больницу в Гёттинген и нас без неё не отпускали (что мы распределены в Гамбург, хотя у нас приглашение было из земли Баден - Вюртенберг, было уже давно известно). Однажды на объединённом богослужении для католиков и лютеран, которое проходило в замке во Фридланде, я оказался рядом с женщиной из местных. Мы немного пообщались, а вечером выйдя погулять из лагеря, я встретился с этой женщиной, оказывается она жила рядом на улице "Schwarze Bach". Кэти, так она представилась, пригласила меня в гости и на следующий день мы посетили их дом, познакомились с другими членами семьи. Кэти посетит нас с мужем в лагере, увидит мои документы и ...... начнётся моя интеграция в Германии.
- Нет, так не пойдёт, скажет она и уйдёт домой. Она принесёт портфель и Hüllen и мы разложим все документы поотдельности: один документ в одну Hülle. Когда мы будем уезжать, а нашей семье одной выделили японский микроавтобус: врачи не разрешили ехать маме на поезде, они всей семьёй придут нас провожать. И потом мы многие годы будем получать письма из Фридланда, а когда Кэти не станет, от её мужа.
Хотелось бы ещё привести отрывок из воспоминаний Марии Фёдоровны а именно: посещение родного дома в Марксштадте. Это удалось не многим, моим нет, но в моей памяти на всю жизнь запомнились моменты, когда к нам приходили соседи и они вспоминали родные места и, какие у них были лица, как они говорили, иногда захлёбываясь от эмоций и всё на немецком, женщины иногда плакали. Я был мальчишкой и сидел где-нибудь в углу и просто молча слушал. Может эти вечера и эти разговоры сделали из меня тем(mit Fleisch und Blut), что не смогла вытравить в дальнейшем никакая принудительная ассимиляция. Вот, что пишет Мария о родном доме.
Es war wunderschön, auf der schönen Wolga zu fahren. Je näher wir nach Saratov kamen, desto größer wurde die Sehnsucht nach der Heimat. Wenn wir auch noch Kinder waren, als wir aus unsere Heimat vertrieben worden waren, aber das Wort "Heimat" und Wolga war ans Hertz gewachsen. Ich glaube, daß jeder Mensch mit Herz und Seele an seiner Heimat hängt, dort wo einst seine Wiege stand..............
Als wir im Zentrum ausstiegen, um das Gebäude der früheren Evangelischen Kirche anzuschauen, waren wir erstaunt. Die Kirche, die eistmals der Stolz unserer Landslleute war, konnte man ohne tränen nicht anschauen. Das Gebäude war heruntergekommen, die Uhr, die abgebracht war und die man von allen 4 Seiten der Stadt sehen konnte, war abgerissen und das Dach in einem schlimmen Zustand. Uns wurde gesagt, daß innen Getreide aufbewahrt wird. Das Kino, das im Jahre 1934 in der Katholischen Kirche untergebracht war, hat auch nicht mehr existiert............................................................
Das alles anzuschauen, tat sehr weh. Wir gingen weiter und kamen zu unseren früheren Nachbarn, dorthin, wo unser Vaterhaus stand. Als wir an der Tür klopften, kam uns eine alte Frau entgegen. Wir begrüßten sie, aber sie hatte uns nach 33 Jahren nicht erkannt. Mein Bruder fing als erster an zu reden, und erst nachdem er sagte, wer wir sind, fiel die Frau uns in die Arme und hat laut geweint. "Endlich seid ihr gekommen", sagte sie, bist du das Fritzchen und das Mariechen?". Ich konnte vor Tränen nicht gleich sprechen und umarmte die alte Frau.

Я бы хотел на этих строчках прерваться. Ведь то, что говорила эта женщина, это искренне и так может говорить только человек считающий тебя своим. И я уверен, так считают люди других националъностей жившие с нами в этой стране в качестве соседей, коллеги по работе, или просто хорошо знакомые и так далее, они считают нас своими, но не государство, хотя и официально и у государства претензий к нам нет. Я вот не могу забыть соседа - лётчика Васю, который помогал нам улетать в Германию. Представьте себе картину: ключей от дома нет, мы в аэропорту Кемерова, и вдруг все полёты отменены - нет керосина. Что делать? Улетели мы только через неделю, проблема с билетами, а что творилось в аэропорту: если вы не видели озверевшую толпу, то я видел, а маме 81 год и она еле ходит. И Вася таскающий наши чемоданы и на самолёте, на котором мы улетали, он был командиром корабля. За несколько минут до отлёта он вышел из лётной кабины с новостью:"В Москву летят 2 самолёта, другой во Внуково, где чемоданы неизвестно?" Увидев, что я побледнел, он мнгновенно изчез, чтобы через несколько минут радостно сообщить, что все чемоданы на борту. Ну а почему тогда лучше потерять более 2млн. "своих" немцев и в то же время возвращать с таким шумом 2 млн. "своих" русских, которых ранее "подарили" другой стране, возвращать так, что весь мир вздрагивает, но теперь Крымнаш. Вот что это всё: глупость, предательство? Во всей этой истории, меня больше всего поразило, что вспомнили о крымских татарах, оказались вот нужны, точнее их голоса. Уверен, будь в Крыму наша республика были бы и мы "на коне", хотя и не исключено на бумажном.
Sie wollte alles wissen, ob unsere Eltern noch lebten und wie es uns die ganzen Jahren erging. Wir erzählten ihr, daß unser Vater schon 1945 gestorben war und die Mutter 1970. Sie weinte und erzählte auch ihr Leben. Ihr Mann war auch schon lang tot und ihre Tochter Alexandra, die meine Schulkameradin war, war ganz jung gestorben und hatte ein Kind und ihren Mann hinterlassen. Tante Njura, so hieß die Frau, sagte:"Wir haben die ganze Jahre auf euch gewartet und immer wieder die Frage gestellt, warum kommen nicht mal Roberts in ihre alte Heimat?"
Diese Leute konnten unseren Schmerz nicht verstehen,wie es war, dorthin zu kommen, wovon wir fortgejagt worden waren, wo wir unsere schöne Kindheit verbracht hatten, die schönen Schuljahre, unsere Heimat, die uns so nah ans Herz gewachsen war...................................................
Ich konnte noch nicht mal mein Vaterhausanschauen. Nur von weitem sah ich es, aber hineinzugehen trauten wir uns nicht, wir hatten Angst, daß man uns fortjagt. Denn man hörte früher oft von Leuten, die mal versucht hatten, in ihre Heimat zurückzukehren. Sie durften nicht einmal in ihre Häuser hineingehen und sich umzuschauen. Es wurde gesagt: "Was habt ihr hier verloren? Ihr weißt wohl , wer ihr seid. Ihr wolltet dem Hitler helfen, aber es ist euch nicht gelungen".

И не удивительно. Пока государство не даст это право невинно потерпевшим.

P.S.
Ich, mein Vater und meine Schwester konnten sehr schön singen und machen es auch gerne. Ich sang die erste Stimme, Liesjen die zweite und der Vater Baß oder auch Tenor. Einige Männer sangen mit, die anderen hörten zu und weinten. Jeder von ihnen hatte seine Familie irgendwo in den sibirischen Dörfern in allen Gebieten Sibiriens verstreut. An ein Lied kann ich mich noch heute erinnern.

Nach die Heimat aus der Ferne,

nach die Heimat möchte ich zieh´n
In der Heimat in der Heimat
gibt`s ein froes Wiedersehen
Keinen Vater, keine Mutter
bin ich hier so ganz allein
Kann nicht bei meinen lieben Schwestern,
nicht bei meinem Bruder sein.

Wenn ich sehe wie and`re Kinder
indes lieben Elternhaus
geh`n zum Vater, geh`n zu Mutter
kehren froh tagein, tagaus.
Und ich muß in weiter Ferne
unter fremden Leuten sein
muß mein Brot mir selbst verdienen,
oh,es ist so hart wie Stein.

Abends, wenn die Lüfte wehen
und der Mond am Himmel scheint,
steigt im mir ein heißes Sehnen
In der Heimat möchte ich sein.

Nach die Heimat aus der Ferne,
nach die Heimat möchte ich ziehen
In der Heimat, in der Heimat
werden wir uns wieder sehen.

Интересует, фамилия Bangert из Dittel
фамилия Diener из Katharinenstadt/Marxstadt/Warenburg
фамилия Krug из Krazke
фамилия Kramer из Katharinenstadt

Аватара пользователя
VovkaKak
Постоянный участник
Сообщения: 4649
Зарегистрирован: 07 янв 2011, 19:14
Благодарил (а): 13527 раз
Поблагодарили: 12747 раз

Re: Воспоминания очевидцев депортации

Сообщение VovkaKak » 14 янв 2015, 19:16

Bangert писал(а):Ну а почему тогда лучше потерять более 2млн. "своих" немцев и в то же время возвращать с таким шумом 2 млн. "своих" русских, которых ранее "подарили" другой стране, возвращать так, что весь мир вздрагивает, но теперь Крымнаш.
Александр, я тоже совершенно не понимаю почему вам не вернули республику *WALL* , но твоё сравнение, мне кажется, не корректно, т.к. Крым нужен России в первую очередь стратегически *PARDON*

PS: Больше о политике не говорю :sm237:

Аватара пользователя
Bangert
Постоянный участник
Сообщения: 1576
Зарегистрирован: 08 янв 2011, 18:50
Благодарил (а): 6487 раз
Поблагодарили: 6136 раз

Re: Воспоминания очевидцев депортации

Сообщение Bangert » 14 янв 2015, 21:29

Володь, всё корректно, просто я делаю упор на "потерять" и "подарить" и "глупость или предательство" и предложение не разрывать, а читать полностью. Ну и про Крым. Крым вообще то принадлежит Аомару Крыму, моему очень хорошему знакомому и живёт он в Германии. Родился он в Алжире, вырос во Франции, женился в Германии, говорит свободно на 4 языках, работал во многих странах мира, получает пенсии из Франции, Англии, Бельгии и Германии, по истории России он профессор, ну а то, что Крым принадлежит ему, он мне сказал ещё в 2005 году. :-D Ну и ещё раз "Крым нужен России в первую очередь стратегически" - это ведь и "ежу понятно", как говорит один из американцев на передаче у Соловьёва. [:-}
Последний раз редактировалось Bangert 03 апр 2015, 17:30, всего редактировалось 1 раз.
Интересует, фамилия Bangert из Dittel
фамилия Diener из Katharinenstadt/Marxstadt/Warenburg
фамилия Krug из Krazke
фамилия Kramer из Katharinenstadt

Аватара пользователя
Матыцина Лидия
Постоянный участник
Сообщения: 711
Зарегистрирован: 23 мар 2011, 04:54
Благодарил (а): 1811 раз
Поблагодарили: 2243 раза

Re: Воспоминания очевидцев депортации

Сообщение Матыцина Лидия » 15 янв 2015, 07:49

Bangert писал(а): в моей памяти на всю жизнь запомнились моменты, когда к нам приходили соседи и они вспоминали родные места и, какие у них были лица, как они говорили, иногда захлёбываясь от эмоций и всё на немецком, женщины иногда плакали. Я был мальчишкой и сидел где-нибудь в углу и просто молча слушал. Может эти вечера и эти разговоры сделали из меня тем(mit Fleisch und Blut), что не смогла вытравить в дальнейшем никакая принудительная ассимиляция.

Как это мне знакомо! Я тоже, устроившись где-то в уголок, впитывала всё, что было услышано. До сих пор отчётливо сохранились в памяти их голоса, их глаза, а главное то, что и как они говорили. И это не вытравить из сознания никакой ассимиляцией. Даже при условии полной языковой изоляции. У нас, среди местных жителей, депортированных в основном из Марксштадта и Варенбурга, всё меньше остаётся свидетелей депортации. Когда мне доводится с ними встречаться, разговор сводится к этой печальной теме. И когда слышу их рассказы , мне становится больно от выступающих на их глазах слёз. Так же, как в детстве и юности, когда слышала рассказы своих родных.
колония Бангердт: Steinhauer, Huber, Otto, Gammel, Schroeder, Schmidt, Heinz, Kling, Helmuth, Pinekenstein, Peil,Spaet.
колония Байдек: Korbmacher, Spomer
колония Бальцер: Mai.
фамилия Roht/ Roth/ Rutt/ Ruth (русский вариант- Рут)

golos
Постоянный участник
Сообщения: 1117
Зарегистрирован: 07 дек 2011, 21:03
Благодарил (а): 4372 раза
Поблагодарили: 4453 раза

Re: Воспоминания очевидцев депортации

Сообщение golos » 16 янв 2015, 21:08

Жизнь без паспорта
Воспоминания немецких спецпоселенцев об их буднях и быте
Подготовила Ольга Силантьева
15.01.2015

...Лия Плотникова (дев. Эльгарт), живущая в Среднеуральске Свердловской области, родилась в 1937-м в лютеранском селе Ново-Ивановка Тбилисского района Краснодарского края. В 1938-м был расстрелян ее отец – как «участник контрреволюционной фашистской организации» (реабилитирован в 1958-м).
Вспоминают ее внучки Анастасия Плотникова и Дарья Головина, члены молодежного клуба Glück Auf!, Екатеринбург: «Нашей бабушке было всего четыре года, когда началась депортация немцев. Ее с братом и мамой, а также с маминой родней выслали из Ново-Ивановки, или Ней-Ивановки, как тогда называли это немецкое село, в Казахстан. По пути поезд, в котором они ехали, был обстрелян с воздуха фашистами. Спасаясь, все побежали в лес, где и растерялись… До Казахстана они добрались втроем – наша бабушка с братом и мамой...

http://www.ru.mdz-moskau.eu/жизнь-без-паспорта/
(скопировать ссылку полностью)
или здесь http://moskva.bezformata.ru/listnews/zhizn-bez-pasporta/28477860/

Наталия
Постоянный участник
Сообщения: 6085
Зарегистрирован: 07 янв 2011, 21:55
Благодарил (а): 10161 раз
Поблагодарили: 23370 раз

Re: Воспоминания очевидцев депортации

Сообщение Наталия » 02 апр 2015, 18:20

Bangert писал(а):Я родился после войны,


Алексндр, перечитала ещё раз Ваши воспоминания. Я родилась до войны, но депортацию знаю только по рассказам. И то, что Вы написали о своём доме, мне так напомнило мой родительский дом. И сундук с особым звоном, и ларь с отделениями, и дыни, о которых я даже в стихах своих вспоминаю.Военное детство прошло в ссылке, в глухой деревне. Оттуда запомнился вой волков по ночам лютой зимою, сбор "коровьих лепёшек" с бабушкой на дорогах, хлеб пополам с мякиной и... мой непроходящий страх. А ещё непонятное, абстрактное слово "папа". Отсутствие его почти до 7 класса было самым больным местом моей души. Страх, страх. А вдруг спросят:"А где твой отец?" Я не знала, что отвечать. Я то знала, где мой папа, но я не могла этого произнести.
Почему я сейчас заговорила об этом? Об этом уже давно всё переговорено. Причина очень проста - я живу прошлым.Хорошо это или плохо? Не знаю. Но тяжело.
Интересуют:
- Schmidt aus Susannental, Basel
- Oppermann(Obermann), Knippel aus Brockhausen, Sichelberg
- Sinner aus Schilling,Basel
- Ludwig aus Boregard
- Weinberg aus Bettinger
- Schadt aus Schilling
- Krümmel aus Kano,Basel,Zürich
- Hahn aus Glarus

alwis
Постоянный участник
Сообщения: 199
Зарегистрирован: 07 янв 2011, 21:30
Благодарил (а): 1036 раз
Поблагодарили: 416 раз

Re: Воспоминания очевидцев депортации

Сообщение alwis » 03 апр 2015, 12:54

"Вот ты спрашиваешь, как я к немцам отношусь, которые в Германии живут? Они совсем другие. Там нас никто не ждал никогда и не ждёт! Все по глупости туда поехали. Сначала сладко было, а теперь там далеко не сладко. Чего бегать, счастья искать на чужой стороне? Мы ведь обрусели уже давно."

http://kamishin.bezformata.ru/listnews/ ... j/7077679/

alwis
Постоянный участник
Сообщения: 199
Зарегистрирован: 07 янв 2011, 21:30
Благодарил (а): 1036 раз
Поблагодарили: 416 раз

Re: Воспоминания очевидцев депортации

Сообщение alwis » 03 апр 2015, 13:02

ПЕРИПЕТИИ СУДЬБЫ РОССИЙСКИХ НЕМЦЕВ.

"О военных годах один из основоположниках отечественной космонавтики Б.В. Раушенбах выразился так: "Ведь я немец, и ни на минуту не сомневался, что меня нужно изолировать, потому что шла война с Германией".

http://kamyshin.ru/blog/%D0%BF%D0%B5%D1 ... C%D1%86%D0

golos
Постоянный участник
Сообщения: 1117
Зарегистрирован: 07 дек 2011, 21:03
Благодарил (а): 4372 раза
Поблагодарили: 4453 раза

Re: Воспоминания очевидцев депортации

Сообщение golos » 06 апр 2015, 14:23

[youtube]http://www.youtube.com/watch?v=67tDo0_ar_s[/youtube]

(Журналисты, как обычно, допускают некоторые неточности).

justin

Re: Воспоминания очевидцев депортации

Сообщение justin » 07 апр 2015, 15:29

"golos"](Журналисты, как обычно, допускают некоторые неточности).[/quote]
*
Da хотелось бы после смерти Сталина не отмечатся ежемесячно под комендатурой и в комендатуре, но это и мне рожденному после смерти Сталина моим родителям меня отмечать там до 01.1956. ]:-> *WALL*Der nicht gelitten hat kann gut reden ,wir aber nicht. Leid und Schmerz bis heute im Herzen vielen Landsleuten-Kомендатурa!?.

Аватара пользователя
Marina.Marenina
Интересующийся
Сообщения: 1
Зарегистрирован: 10 май 2015, 17:07
Поблагодарили: 12 раз

Re: Воспоминания очевидцев депортации

Сообщение Marina.Marenina » 10 май 2015, 21:20

СЕМЬЯ ГОКК. запись 15 сентября 1996 года. На видео мои дед и бабушка. Дед Гокк Гейнрих Георгович (родился в 1930г. в селе Франк(Медведица), бабушка Гокк Лисена Христиановна (родилась в 1925 г. в селе Диттель девичья фамилия Шварцкопф)


Аватара пользователя
vikmai
Постоянный участник
Сообщения: 481
Зарегистрирован: 09 янв 2011, 21:17
Благодарил (а): 342 раза
Поблагодарили: 2128 раз

Re: Воспоминания очевидцев депортации

Сообщение vikmai » 19 июн 2016, 00:39

B селе Гольштейн


Воспоминания Григория РОБИНЗОН


Передо мной лежит журнал со статьей «Страшный август 1941-го», уже неделя прошла, а я все не могу ее забыть. Она всколыхнула мои собственные воспоминания. Перед глазами до сих пор стоит кузов автомашины с останками детей, залитый кровью. Все это было 16 августа 1941 года во время бомбежки нашего города Днепропетровска. Эта картина меня преследует всю жизнь. Наша семья сидела на вокзале в ожидании поезда, мы направлялись в эвакуацию. Но не успели погрузиться в вагон, как появились самолеты с черными крестами и разбомбили наш эшелон.
Через полчаса самолеты возвратились, сбросили несколько бомб и улетели в сторону железнодорожного моста, не причинив ему никакого вреда. Мне было в то время 14 лет, я испугался и хотел вскочить в грузовую машину, но заглянув в кузов, в ужасе отпрянул, увидев такую зловещую картину. Таково было расставание с родным городом.

Направили наш поезд на восток, так мы очутились в бывшей республике немцев Поволжья, чуть севернее Сталинграда (во время осалы города до нас доносилась артиллерийская канонада). Глядя на землю - сплошные камешки, известняк - мы думали о том, каким трудолюбивым народом нужно быть, чтобы выращивать такие урожаи. Мы застали еще урожай немцев, рожь была выше человеческого роста. Среди эвакуированных были одни горожане. Что мы могли сделать с этой землей?

Нам, занявшим немецкие дома, сказали, будто бы российских солдат переодели в немецкую форму и сбросили на тер¬риторию республики и будто бы немцы попрятали их. Поэтому с ними пришлось так поступить, как с предателями. Мы всегда верили в то, что нам сообщали. Поверили и в тот раз.

На Украине, откуда мы приехали, хаты строили, в основном, из глины. У российских немцев основным строительным материалом было дерево. Из него были сделаны стены и мебель, все окрашено и имело достойный вид. Одним словом, в таких домах было приятно жить. Что характерно, усадьбы были со всеми службами, во дворе обязательно -летние кухни, конюшня, туалет. Размер участков был различным в зависимости от семьи, но даже в. самой маленькой усадьбе были все службы.
Печь топилась из коридора, а в большой комнате были вмонтированы два больших казана, наполненных речным песком. Песок нагревался и отдавал тепло комнате. В доме было тепло и чисто. B некоторые дома вселились неряшливые семьи и скоро в речном песке появилась шелуха от семечек и другой мусор.
По воле божьей нас привезли в село Гольштейн. Откуда мы могли знать, что через много лет, когда приедем в Германию, окажемся в земле Шлезвиг-Гольштейн? Село было небольшим, на его окраине находилась больница, куда я устроился работать. Я был очень рослым и меня зачислили конюхом и дезинфектором. Мне нужно было обе¬спечивать кормами две лошади и три ко¬ровы, находившиеся в штате больницы, и помещения топливом. Управлял всем хозяйством завхоз Макаров, он удивлял¬ся, как городской пацан может косить, выполнять массу сельскохозяйственных работ. Он вручную сеял, а я пахал и бо¬роновал. Самым тяжелым была заготовка леса для отопления больницы. Одним словом я рано стал мужиком.

А мой старший брат не мог привы¬кнуть к такой работе, сказал: лучше я пойду в армию (ему как раз исполни¬лось 18 лет). Он ушел добровольцем па фронт зимой 1942 года, их погрузили на корабль, а в районе Сталинграда суд¬но обстреляли, к счастью, новобранцам удалось добраться до Астрахани в учи¬лище связи: Но учиться им не приш¬лось, так как они вынуждены были за¬щищать население, У брата остался дневник того времени,. который расска¬зывает о нелегкой судьбе солдата.

Отца нашего назначили директором школы, проработал он всего несколько месяцев, и его призвали в армию. У него было плохое зрение, он сказал об этом в военкомате и получил ответ: «Нас вы видите, увидите и фашистов». Через три месяца мы получили извещение о том, что он пропал без вести под Тулой.

Самые тяжелые полтора года выпали на время перед возвращением из эвакуации, нам приходилось принимать массу раненых из-под Сталинграда. Как правило, поступало много тяжелораненых и многие из них умирали. Мне приходи¬лось хоронить их. Я в свои 15 лет сам ко¬пал могилы и сам хоронил умерших...

Фронт двигался на запад, я мы готовились к тому, чтобы вернуться на родину, о которой мечтали четыре года. Несмотря на то, что поездки в освобожденные территории были запрещены, мы все же взяли билеты. И вот мы в нашем городе. Временно приютились в комнате, где на 24 квадратных метрах временами проживало до 10 человек. Например, встречаю на улице человека, который до войны жил на нашей улице. «Где живешь?» - спрашиваю. - «Пока нигде», -«Можешь остановиться у нас». Так и набиралось. И всем хватало места.
Мама наша была удивительным чело¬веком, жила для людей, о себе совершенно не думала. Я помню такой случай. На трамвайной остановке она познакоми¬лась с человеком, которого привела к себе на обед. Жили мы очень скромно, и она готова была пожертвовать своим обедом, чтобы накормить другого.
И вот пришло время, когда я проснулся от звуков выстрелов, которые доносились с улицы, л вышел, и предо мной предстала чудесная картина. Люди за¬полонили улицу, ликовали, целовались, танцевали. Царило безудержное веселье, только я прислонился спиной к стене дома и рыдал. Отец остался лежать под Тулой в 1942-м, брат скончался от ран в госпитале в конце 1944-го. Это был второй раз в жизни, когда я заплакал.

Tischrobert
Постоянный участник
Сообщения: 114
Зарегистрирован: 30 янв 2014, 19:06
Благодарил (а): 151 раз
Поблагодарили: 243 раза

Re: Воспоминания очевидцев депортации

Сообщение Tischrobert » 05 ноя 2016, 20:41

Воспоминания трудармейцев в Павлодарской области : http://www.wiedergeburt-pavlodar.kz/ind ... ure_id=196

Ответить

Вернуться в «Депортация и трудармия»