![:-) :-)](./images/smilies/ab.gif)
Немецкое театральное искусство имеет глубокие корни в русской культуре XVII и XVIII веков. Именно немцы под руководством пастора И.Г. Грегори подготовили первое театральное представление ещё во времена Алексея Михайловича (1672). Тип спектакля, который смог поставить Грегори, представлял собой своеобразную «кальку» с известных ему немецких представлений XVII века. Таким образом в русскую культуру постепенно внедрялись элементы немецкой театральной системы. Многочисленные частные немецкие труппы, выступавшие сначала в Москве, позднее в Санкт-Петербурге (труппа И. Кунста и О. Фюрста, актеры И. Эккенберг, И. Манн, К.Л. Гофман, К. Нейбер, И. Зигмундт, П. Хильфердинг, И. Сколари, К. Аккерман и другие), наряду с прочими иностранными и русскими любительскими труппами, способствовали появлению русской театральной публики.
В 1777 году немецкий предприниматель Карл Книппер создал в Петербурге театральную труппу. Пережившая значительный успех, в том числе и финансовый, через пять лет она оказалась в плачевном состоянии. Екатерина II повелела генералу П.И. Мелиссино — директору театра — привести «немецкую труппу в лучшее состояние и сокращение». По указу же Екатерины II, с 1783 по 1791 год труппа носила звание императорской. В конце 1784 года она состояла из 13 актеров и восьми актрис, центральное место принадлежало знаменитому немецкому актеру Карлу Фиале, выделялся дрезденский актер К. Опиц, актеры И. Зауэрвайд, издатель первого в России театрального журнала на немецком языке, Х.В. Кронштейн и Картнер, чета Набель.
По воспоминаниям Ф.В. Булгарина конца 1830-х годов, актеры этой труппы — «лучшие сюжеты Германии». С точки же зрения современника, немецкого актера И. Криста, «публика аплодировала таким артистам, которые в Берлине считаются посредственностью или совершенно незаметны». Разноголосица в суждениях объяснялась различием в восприятии игры немецких актеров, которые радовали в Санкт-Петербурге своих соотечественников и всех любителей немецкой культуры самим фактом появления на сцене в ролях немецкого репертуара на немецком языке, выполняя важную социо-культурную миссию. В Германии же рецензенты и публика предъявляли к ним более серьезные эстетические требования.
В 1791 году из-за нехватки государственных средств труппа была распущена, однако многие актеры не покинули столицу Российской империи. Они составили основу Немецкого театра. К ним примкнули актеры известной в Прибалтике труппы актрисы Луизы Каролины Тилли, чья театральная компания познакомила петербургских зрителей с операми В.А. Моцарта «Волшебная флейта» и «Дон Жуан», а также популярными зингшпилями К. Диттерсдорфа.
Безработные немецкие актеры были вынуждены искать частного антрепренера, которым оказался приглашенный из Риги Иозеф (Иосиф) Мире. «Страсбургский уроженец, фейхтмейстер, машинист и штукарь, объездивший почти все города Европы в качестве постановщика на сцене пьес с так называемым великолепным спектаклем, то есть сражениями, эволюциями, пожарами, наводнениями и землетрясениями» явился в Санкт-Петербург в 1799 году, и с этого момента судьба немецкой труппы оказалась в его руках. Предприимчивый антрепренер, имевший опыт не только театрального директора, но и содержателя кофейного дома, а также загородного вокзала в Риге, убедил перейти к себе актеров из труппы К.И. Рундталера, дававшего представления на сцене театра в здании Академии наук на Васильевском острове. Немецкий театр Мире открылся 20 февраля 1799 года торжественным стихотворным прологом Г. Рейнбека в исполнении актрисы Ш. Мюллер, а также пьесой Ф.В. Циглера «Величие государя». Для полноценного функционирования труппы Мире организовал подписку денежных средств, в которой принял участие великий князь Константин Павлович и члены Немецкого купеческого общества, в результате чего удалось собрать 10 000 рублей.
Представления антрепризы Мире, члены которой «госпожа Мюллер, господа Линденштейн, Виланд и Мюллер, также, как и мадам Мире, могли бы оказать честь любой сцене», давались в здании Манежа на Дворцовой площади. Территориальная близость к Зимнему дворцу, расположение в самом центре интенсивного проживания немецкой публики способствовали популярности этого театра, а во времена руководства театром Коцебу отчасти определяли его близость императору и русскому двору. В течение десяти месяцев 1799 года труппа Мире дала 130 представлений. Среди них — «Клавиго» Гете, «Разбойники» Шиллера, «Эмилия Галотти» и «Минна фон Барнхельм» Лессинга. Однако самым репертуарным автором, без сомнения, был Коцебу, пьесы которого шли до пяти раз.
А.Ф.Ф. фон Коцебу (1761–1819), драматург, писатель, поэт, общественный деятель, журналист, издатель сыграл заметную роль в истории русского театра конца XVIII — начала XIX века. Уроженец Веймара, проведший юность в «немецких Афинах» рядом с Гете, Виландом, Ленцем и Клингером, он страстно увлекался театром. Впервые попав в Россию в 1781 году в качестве личного секретаря генерал-инженера Бауэра, он руководил Немецким театром, написал трагедию на сюжет из русской истории «Деметриус, царь московский». Через два года он был назначен на службу в Ревель, где получил русское дворянство (1795) и написал лучшие свои пьесы, среди которых — «Ненависть к людям и раскаяние» (1788). В 1800 году, направляясь из Германии в Санкт-Петербург для встречи с сыновьями, на границе он был арестован без объявления причин и сослан в Курган Тобольской губернии, затем также внезапно возвращен по приказу Павла I и назначен директором Немецкого театра, по указу Павла I ставшего Императорским с 1 сентября 1800 года. Коцебу обогатил его репертуар за счёт собственных пьес, многие из них впервые ставились сначала на русской, а уже позднее на немецкой и других европейских сценах, — трагедии, драмы, комедии, зингшпили (в соавторстве с композиторами) и фарсы. Драматургия Коцебу заполнила своеобразный вакуум, который существовал в ту пору на русской сцене. «Эпохой Коцебу» называли период рубежа веков исследователи. Не создав цельной драматургической концепции, Коцебу изучил зрительские вкусы и смог уловить главную потребность времени — «угадал тайну увлекать свой век» (Н. Полевой). Безупречное знание сценических законов сделали его властелином европейских сцен на несколько десятилетий, но ориентация исключительно на проблематику текущего момента впоследствии предала его творчество забвению. Коцебу покинул Россию в 1801 году и не порывал с нею связей вплоть до своей насильственной смерти от руки студента-фанатика Занда.
На сцене Немецкого театра в Петербурге играли актеры, которые приезжали в столицу Российской империи из Прибалтики, Германии, Австрии, многие из которых пользовались там известностью. Многие из них надолго оставались в России, принимая российское подданство. Среди них выделяются яркие комедийные актеры К.Л. Линденштейн и К. Штейнсберг, впоследствии переехавший в Москву, драматические актеры Ф. Гебгард, К. Борк, Г. Арресто, Ф. Эвест, И.К. Каффка, актриса и певица К. Бауэр, Л. Миллер-Бендер, певец, композитор и издатель нот Ф. Затценговен, декоратор, актер и певец К. Сабат, оперные режиссеры Б. Цейбиг и А. Цилиакс и многие другие. Крупные европейские величины — известный певец Р. Вурм, композитор и дирижер С. Нейком — работали в труппе недолгое время, однако играли большую роль в приобщении театрального искусства Петербурга к европейскому уровню. Приглашение в 1800 году на должность директора музыки капельмейстера А. Калливоды положило начало формированию музыкального репертуара немецкой труппы. Впоследствии многие оперные певцы Немецкого театра с успехом участвовали в концертной жизни Российской столицы.
После 1819 года Немецкий театр давал свои представления в Малом театре, в Большом каменном и Таврическом, с 1833 года — в Михайловском театре попеременно с французской и русской труппами. Труппа Немецкого театра насчитывала в начале XIX века уже около 100 человек, включая оркестр, драматическую, оперную и балетную труппы. На сцене этого театра, который носил также названия «Новый», «Театр в доме Молчанова», «Театр в доме Главного штаба», «Кушелевский», ставились оперы Моцарта, Бетховена и Вебера, прозаические переделки Шекспира, пьесы Коцебу и Иффланда, немецкие зингшпили и французские водевили. Значительно раньше, чем на русской сцене, здесь были сыграны «Коварство и любовь», «Разбойники», «Мария Стюарт» Шиллера. Иногда немецкие актеры исполняли короткие пьесы или отдельные фрагменты на русском языке. В начале XIX века значительную роль сыграла постановка оперы «Днепровская русалка» («Die Donauweibchen») К. Генслера — Ф. Кауэра, которая имела несколько продолжений и пользовалась огромным успехом у публики. Представления Немецкого театра охотно посещали Александр I и великий князь Константин Павлович. В 1803 году к 100-летию Санкт-Петербурга труппа поставила оперу «Два Антона» (текст Э. Шиканедера, музыка Б. Шака), для которой театральным декоратором К. Лукини было создано специальное сценическое оформление: на заднике сияли красотой Зимний дворец, Сенат, Нева, Адмиралтейство и статуя Петра I, символизировавшие славу Российской столицы.
В течение XIX века вплоть до официального закрытия в 1890 году Немецкий театр переживал творческие подъемы и спады, при этом неизменно играя роль связующего звена между немецкой диаспорой и театральным искусством Германии. В труппе Немецкого театра играли и её постоянные члены, и европейски известные актеры-гастролеры, заключавшие контракты с дирекцией императорских театров на несколько лет, одним из которых был Фридрих Гаазе (1827–1911), побывавший в России несколько раз (1860–1866, 1869, 1883). «Блистательный гастролер», выступавший на сценах 95 театров мира, ученик немецкого романтика Л. Тика, игравший в юности в Веймарском придворном театре, он представлял собой тип немецкого актера, которому свойственна виртуозная отделка каждой роли, яркая пластика, способность выступать в разных амплуа. Характерный артист, подчас он прорывался к подлинным высотам сценического искусства, — в шекспировском Гамлете, в шиллеровском фон Кальбе.
Петербургская немецкая труппа, возглавляемая А. Толлертом, позднее Ф. фон Боком давала возможность выступать и другим крупным актерам, составлявшим славу Немецкого театра: это Л. Барнай, Э. Поссарт, А. фон Зонненталь и другие. Немецкий театр в Санкт-Петербурге, таким образом, сыграл важную роль в становлении и развитии театрального искусства столицы Российской империи, которая изначально формировалась в контексте европейской культуры. Он служил интересам петербургских немцев, составлявших особую часть внутри сложной этнической структуры многонациональной столицы: Немецкий театр связывал их с родиной с помощью родного языка, драматургии, особенностей менталитета. С этой точки зрения он выполнял вполне консервативные функции, с которыми трудно было бороться тем художникам, которые стремились к обновлению театральной эстетики. Однако при этом Немецкий театр в Петербурге воспитывал российского столичного зрителя, который оказывался восприимчивым к различным формам и способам театрального мышления. Именно поэтому гастроли Ф. Гаазе, Л. Барная, Э. Поссарта прошли в Петербурге с огромным успехом, а гастроли театра герцога Мейнингенского стали своеобразным толчком к созданию первого режиссерского театра в России — Московского художественного театра.